Жилеты для поэта
Над губермановым жилетом
Порой, признаться, издеваюсь –
Вступаю в спор с таким поэтом,
Но в правнучки не набиваюсь.
Эстет и зеркало
Однажды глянул в зеркало поэт,
А в зеркале мерзавец издевался,
Воскликнувши в восторге: «Я эстет!»
При этом ни на миг не сомневался.
А Губерман воскликнул: «Это ложь!»
И, плюнув, знал, что вытереть придётся,
Но счастье в том, что говори – что хошь!
А зеркало при этом не плюётся.
Моцарт и Сальери
Шёл Губерман по жизни, как во мгле.
Лишь стало на душе темно и мрачно,
Он выпил всё, что было на столе,
И понял, что он – Моцарт, однозначно.
Изверившись в любой на свете вере,
Он сам себя величьем поражал.
… А дальше наливал ему Сальери,
И Губерман совсем не возражал!
Пусть лампочка – начало из начал,
Но стало мало лампочки одной:
Что нам Ильич однажды завещал,
Приобрело, увы, масштаб иной –
Ведь стал народ мощнее и мудрей:
Что было всем до лампочки недавно, –
Всё стало как-то вдруг до фонарей –
Ильич, однако, потрудился славно.
Простая истина
Постигнуть парадокс подчас
Не можем всю дорогу –
Что трезвых меньшинство у нас,
А вот нетрезвых – много.
Простая истина не вдруг,
Но всё же открывается:
Ведь, посмотрев на всё вокруг,
Мгновенно все спиваются.
Желания
Движенье дарит нам успех,
Известно, жизнь – движение,
Но не всегда желаний всех
Возможно достижение.
Когда б желания на «нет»
Нам удалось свести,
То получили бы ответ,
Как счастье обрести.
Поэт и волейбол
Куда девать энергии излишки?
Еще не появившийся на свет
Томов пятнадцать сочинил Мартышкин,
Рожденья ожидающий поэт.
Когда родился, ручку взял скорее,
Чтоб записать творения ума,
И сотряслись от ямба и хорея
Поэзии несчётные тома,
И до сих пор не иссякают книжки,
В восторге молча падая на пол,
Когда следит с пристрастием Мартышкин,
Как ямб с хореем бьются в волейбол.
Если бы да кабы
Как пахнут волосы копной –
Поэт стихи об этом сложит.
Кроме него, никто иной
Понять метафоры не сможет.
Что за рубахи б он носил!
Такие все б носить мечтали,
Когда бы он поэтом был,
Когда б стихи его читали.
Поэт и деревья
Писать о многом я спешу,
Живу в Москве на дармовщину,
И о берёзе напишу,
И об ольхе, и о рябине.
Стихи слагаю поутру,
По вечерам слагаю вкратце,
Как куст рябины на ветру
Мечтает к дубу перебраться.
И эта мысль пришла не вдруг,
Пишу – под дубом примостился.
Я дубу друг, и дуб мне друг –
Я с ним давно уже сроднился.
… Листва желтеет к октябрю –
Уж так заведено в природе,
Под дубом мыслю и творю,
Дубы, как видно, нынче в моде.
