Виктор Александрович Потиевский
ИРБИС
Человека он увидел, когда уже приготовился прыгнуть на добычу. Намеченная ирбисом жертва - горный козел - тоже заметил человека. Хотя его, ирбиса, не видел. Эти крупные сибирские козероги, с длинными массивными полукруглыми рогами ловко бегают по скалам - вверх и вниз. У них зоркие глаза, быстрые ноги и острый слух. Они осторожны и стремительны. Но ирбис осторожнее и стремительнее их. Иначе бы погиб с голоду.
Он опасался людей, сторонился их следов, хотя здесь, в горах, эти следы были редки. Зверь заволновался, длинный его хвост стал нервно подергиваться. Но снежный барс был очень голоден, долго выслеживал козлов, а человек появился пока вдалеке. И ирбис только на миг задержал свой бросок.
Он кинулся на крайнего козла, взлетел в длинном прыжке, взметнув мерзлые брызги снега... Этого короткого мига задержки оказалось достаточно, чтобы зверь опоздал.
Козлы, испуганные человеком, рванулись с места, и хищник, промедливший мгновение, промахнулся. Точнее, почти промахнулся. Промахнись он совсем, ничего плохого бы не случилось. Не прошло бы и половины суток, как он настиг бы другую жертву и насытился. А этот неудачный прыжок обошелся ему дорого. Очень дорого...
Он зацепил козла только одной передней лапой за заднюю ногу, точнее - за бедро, и не удержал. Крупный сибирский козел, уже рванувшийся с места, увлек за собой хищника. И тот, выпустив добычу, заскользил по наклонному уступу, царапая когтями мерзлый снег. Неподалеку скала обрывалась, а внизу, скрытая в голубом морозном тумане, зияла пропасть.
Зрелый, хотя и нестарый самец, ирбис имел уже немалый горный и охотничий опыт. Большую часть своей жизни и охоты он проводил высоко в горах, поднимаясь к вечным снегам. Но иногда, следуя за добычей, спускался даже в предгорья.
Здесь, где он выследил козлов, высота была невелика, еще росли одиночные деревья, и это оказалось решающим в его судьбе. Пропитанные насквозь горным зимним морозом, кривые и низкорослые, они одиноко темнели среди белых и голубых снегов, вцепившись узловатыми корнями в скалы, охватывая ими расщелины, трещины, выступы.
Инерция массивного тела влекла его к обрыву. Сползая задом, чувствуя смертельную опасность, зверь отчаянно вонзал когти в плотный мерзлый снег, пластом прижимался к его поверхности. Даже подбородком он пытался задержаться, затормозить, обдираясь в кровь, оставляя клочья шерсти на снегу. Но тело неотвратимо скользило к пропасти... Вот уже задние ноги повисли, ирбис отчаянно дергал ими в воздухе и через миг сорвался, но... В момент срыва почувствовал, как левым боком обо что-то задел. Молниеносным движением изогнулся, успел увидеть перед собой дерево и вцепился в него, обнял его обеими передними лапами. Это была небольшая сосна, ствол которой всего вдвое толще его лапы. Согнувшийся и прочный ствол рос чуть ниже кромки обрыва, выходя из оледенелой скальной трещины и загибаясь вверх. Как раз за этот изгиб и ухватился падающий зверь.
Он повис, раскачиваясь и дергая задними ногами, пытаясь найти для них опору. Но внизу под ним была пустота. Он уцепился передними лапами за сосну так, как цепляются за последнюю надежду. Всю жажду жизни вложил он в эту хватку...
Человек видел все, что произошло с ирбисом. Он случайно вышел на зверя. Охота на горных козлов привела его на скалы возле знакомого ущелья. Здесь, на высоте около тысячи двухсот метров, ему и прежде случалось видеть козерогов, удавалось подстрелить.
Заметив снежного барса, охотник сразу же взял бинокль и с интересом наблюдал за ним. Он встречал в горах этого редкого зверя, но всего несколько раз, и все здесь, в районе Чуйских гор (1).
Он знал, что прыжки ирбиса огромны и точны. Увидев его промах, человек очень удивился. Однако все дальнейшее его взволновало. Охотник был сыном гор, частью природы своего родного края, и, если бы оставил зверя без помощи в таком безвыходном положении, он бы никогда себе не простил этого.
Жесткий снег звонко повизгивал под его горными ботинками. Он бежал осторожно, чтобы не поскользнуться, потому что на неровных скальных тропах и площадках, среди всюду разбросанных камней, можно сломать не только ногу, но и шею. На бегу он закинул ружье за спину. За несколько метров до обрыва скинул рюкзак и извлек бухту капроновой веревки.
Немногие охотники теперь знают это древнее искусство. Но его научил дед еще в детстве. С тех пор на охоте в горах это умение не раз выручало его. Он мог быстро и точно набросить петлю даже с тридцати метров. На выступ скалы или на шею зверя. Но здесь все было сложнее. Если ирбис повиснет в петле на шее, он будет мертв через минуту. А сколько времени потребуется, чтобы вытащить его -неизвестно. Ведь он весит немногим меньше самого охотника. Килограммов пятьдесят, пожалуй... Как же быть?..
