Так, отвлекся я что-то... Уж больно воспоминания мерзкие, и копаться в этом совсем не хочется. Итак, сняв крышку и вернув себе мое внимание, Окини-сама высыпала горсть мелких монеток прямо в отвратную жижу. После чего проинформировала меня, что там десять Рё монетами по одному, и что у меня есть пятнадцать минут, что бы их оттуда извлечь. И посоветовала представить себе, что передо мной - мой лучший друг. Которого с рваными ранами живота доставили ко мне, что бы я его спас от неминуемой смерти. И каждая монетка - это посторонний, отравленный предмет, который я обязан извлечь из раны. Все, мальчик, время пошло. И когда я, непомня себя от ужаса и отвращения, стравил все, что было в желудке, прямо в таз, совершенно спокойным голосом уведомила меня, что я наблевал в разорванный живот моего лучшего друга. Теперь, мол, его шансы на выживание сильно упали. Спасай, мол, дальше. Он ведь пока, - тут Окини грустно улыбнулась, - еще жив...
В общем, попытка привести новичка в шоковое состояние провалилась, не понадобится вам вон тот вот тазик, зря приготовили. На прорезиненном футоне в крошечной палате-боксе лежал старик. Старательно скрывая улыбку, глава комиссии повел рукой в сторону пациента и предложил мне приступить. Ну что же... Посмотрим. Так, никакой сопроводиловки нет, доставлен больной судя по всему поздно ночью. А вот то, что коллеги не провели санобработку, это просто свинство и неуважение. Нет, не ко мне. К больному. И плевать, что больной - заблеванный, ходивший под себя, пьяный старик. Клятвы Гиппократа в этом мире, понятно, нет, но вот 'кодекс ирьенина' введен Тсунаде в Конохе уже давно, и слова о сохранении тайны, а также о соблюдении достоинства больных там есть. Бросаю косой взгляд в сторону комиссии. Нет, я все понимаю, этого беднягу в центральный госпиталь доставили исключительно для проведения экзамена, тут лечат знать и верхушку шиноби, но, мать вашу, правила никто не отменял!
Холодно интересуюсь, кто отвечал за больного до передачи его под мою ответственность. Слегка недоуменная тишина. Не ждали? Я ж вас... До председателя комиссии дошло быстро, ну, оно конечно, опыт не пропьешь. Да и превратившаяся в оскал улыбка Окини-сама намекала на множество веселых последствий. К примеру, на доклад Хокаге со стороны клана Хъюга по поводу отношения к пациентам в госпитале Конохи. Старейшину тут знали, и что такая вот улыбочка может означать - тоже были в курсе. Решение главный ирьенин нашел быстро - пациент свежий, поэтому ничего по его поводу не предпринято. Ну и биджу с вами, мне человека лечить надо, а не разбираться с местными порядками.
Ну что же, для начала общая диагностика, второй режим бьякугана жизни. Оценю-ка я его состояние вообще, как там себя энергетическая оболочка чувствует? Чувствовала себя эта оболочка плохо, если не сказать хуже. Энергетика посажена чуть ли не в ноль, можно смело констатировать общее истощение организма. Особенно плохо обстояли дела в нижней части тела - воспалительные процессы цветут и пахнут. Переключаюсь в третий режим, проверю-ка я его кровь с лимфой. Ох... Он как вообще живет-то? Количество токсинов в крови зашкаливает, качество крови минимально - пригодное для жизни. Четвертый режим, нужно проверить органы. Желудок однозначно нужно промывать, еще не все впиталось. Сколько же он в себя этой гадости залил? Кишечник - запор, судя по всему, не первый день. Почки - хроника, но не смертельная. А вот печень, кажется, все. Допился дед до цирроза. Впору вспомнить грустный медицинский анекдот полузабытой родины, мол, желудок ампутировать придется, потому что печенка уже не помещается. В общем, порядок действий понятен - срочное промывание желудка и кишечника, потом прогнать очистку крови, а потом уж замещающей хирургией восстанавливать печень. Иначе проще добить. Не выживет он по другому, да... Ну а почки... А что почки. Почки терпят, да и консервативное лечение возможно. Вот пусть они их и лечат.
Мрачно усмехнувшись, требую лечебную карту больного. Помялись, но выдали. А на что они, собственно, рассчитывали? Что я подпольно лечить буду, что ли? Э-э-э, нет, шалишь. Я вам все туда впишу, не отвертитесь - долечите старика. Так, принесли. Оп-оп-оп, вот оно. Время доставки в стационар - 02 часа 47 минут. Почти двенадцать часов назад, бурчу в полголоса. Окини-сама услышит и выводы сделает. Улыбаюсь, как Окини-сама любит, ласково - ласково. Теперь от лечения старика ты вряд ли отвертишься, главный ирьенин. Да и Окини-сама дела клана с тобой порешает, тварь ты такая, зелено-халатная, ко всеобщему клановому удовлетворению. А вот и тушь с кисточкой. Ну, понеслась.
