— Теперь я король, от меня зависит вся ночная жизнь. Все будет так, как я захочу. Наш мир не похож на дневной, правление в котором накладывает обязанности. Есть правила, которым я должен следовать, но власть моя безгранична, потому как подкреплена моей силой. Нашей силой. Никто не может противиться ей, а тот, кто встанет на моем пути, обратится в пепел. Вы же, мисс Винтер, моя спутница отныне и до тех пор, пока не придет мой черед уступить трон. Отец знал… — Взгляд вампира помутнел. — Он чувствовал, что его время истекло, и не сопротивлялся, он сам подготовил меня к этому. Свита должна была уйти с ним, в Стране без Возврата она ему пригодится, такова традиция. Они не знали, никто не знал, лишь мы вдвоем. Так предначертано, такова судьба всех правителей. Нас сменяют раз за разом наши сыновья, и мы растворяемся в вечности, однажды и я паду во тьму, откуда не вернусь, и тогда душа моя обретет покой. Однажды… Но пока я принадлежу этому миру, как мир принадлежит мне, я стану его опорой и его указующим перстом, его богом, смотрящим за жизнью из Тени.
Джош замолк, сделав глубокий глоток, после чего отставил бокал на стол, неспешно поднялся, посмотрев сверху вниз так, словно выворачивал душу наизнанку. Лина ощутила, как по спине пробежал ровный строй мурашек, она замерла, будучи не в силах двинуться или отвести взор, она могла лишь смотреть на мороя, настоящего хозяина ночи, внимать его словам, произнесенным мягким, но твердым голосом. Сомнений не осталось, теперь они связаны друг с другом навечно, их судьбы переплетены общей тайной. Холодком прошуршало в голове осознание: лишь умерев, можно покинуть порочный круг, иначе из него не выбраться. Но сейчас Лина не хотела бежать, больше нет. Сейчас она любила Джоша всем сердцем, всей больной душой, и весь мир не интересовал ее, как и его проблемы. Только неотступная жажда быть рядом, быть ближе, потонуть навсегда в ясных глазах.
Вампир протянул руку — Лина безропотно приняла ее, прильнув в теплые объятия, скользнув ладонями по широкой спине. Не было счастья больше, чем просто стоять рядом, обнимать Джоша, слышать биение его сердца.
— Мисс Винтер, вы станете моей спутницей? Проводите в Страну без Возврата, когда придет мой черед? Согласны ли вы управлять ночным миром, сидя по правую руку от меня, как подобает истинной королеве? Сможете ли посвятить всю себя лишь мне одному и служению воле моей?
Страшные слова, от смысла которых хотелось спрятаться, раствориться в воздухе легкой дымкой. Раньше бы Лина тотчас отказалась, закричала, сама мысль показалась бы ей глупой и абсурдной, но не теперь. Вдохнув терпкий янтарный запах, она отреклась от прошлой своей сущности, приняв новую судьбу.
— Да.
Будто и не она сама проговорила, но губы накрыл нежный и властный поцелуй, от которого закололо в груди. Они действительно повязаны, сегодня — и навсегда, что больше не скрыться от судьбы, теперь один рок на двоих. И если нужно пройти тяжелую дорогу, то вместе они справятся, преодолеют все невзгоды, пусть даже в сердце придется впустить тьму — Лина готова. Она сделала выбор, не зная, куда он ее приведет, но теперь она останется с Джошем, а остальное не имеет значения. Может быть, она об этом пожалеет, но то будет потом, не сейчас. Сегодня же есть лишь теплое касание его рук, полные счастья поцелуи и любимый взгляд синих глаз. Большего и не надо.
********
Они принесли ей присягу, все они. Гордый Грэй, неустанно отводящий в сторону взгляд Кристоф, безразличный ко всему Энви. Те, кто раньше расступались при ее виде из отвращения, нынче расходились в стороны с почтением, уступая дорогу, низко кланяясь, и Лина привыкла ступать с высоко поднятой головой. Она стала чем-то большим, чем просто охотницей с таинственной меткой, ее лоб украсил искусно выделанный золотой венец с цветами ириса, а руку ее удерживал настоящий король ночи. Ее любимый, жестокий и безжалостный, но справедливый и бесконечно нежный долгими совместными ночами.
С каждым прожитым годом Лина все яснее понимала, что прошлого не существовало, что вся ее жизнь подчинялась лишь одной цели — встречи с ночным принцем. Жуткие сны, преследовавшие отчаянием, наполнились теплом и горьким осознанием: то были сцены неизбежного будущего, нашедшие свое отражение в нем. Джош все больше походил на того холодного и далекого чужестранца, какого видела Лина в сновидениях; но ее то не волновало, потому как его сердце было отдано ей одной, подарено навсегда.
Она знала, что их счастье не будет вечным, что однажды таинственный Сад заберет у нее любимого, потому наслаждалась каждым мгновением рядом, каждой проведенной вместе ночью, каждым вздохом, слетевшим в страстном признании. Год, два, десять, пятьдесят… Сколько бы времени ни прошло, их любовь крепла, связывала теснее две судьбы, но только в одном она не имела власти: боги не подарили им детей. А потому, когда время Джоша вышло, и он спустился в Страну без Возврата, его спутница заняла трон, первая женщина, первая не из царского рода, но словно сама Иштар, покорившая землю в новом облике.