Касаюсь ручки двери и одновременно сжимаю в кармане волшебную палочку.
- Мам? – заглядываю я в щелочку в надежде, что она спит.
Она мне улыбается, сидя на кровати. Заплетает потускневшие, когда-то очень красивого золотистого оттенка, волосы в косу. Глаза живые, блестящие и имеют удивительно осмысленное выражение. Стоит только догадываться, чем ее здесь пичкают, чем-то очень сильным.
- Ты как? – спрашиваю я.
- Не бойся, доченька.
Как назло, мои колени начинают предательски дрожать. Чувствуя себя уткой, я захожу и усаживаюсь на самый краешек стула для посетителей. Как бы не сломать волшебную палочку! Надо сказать, что запах лаванды не работает, и я готова сейчас просто сойти с ума и лечь тут рядышком на соседнюю койку.
- Честно говоря, я уже забыла, какая ты у меня красавица. Тебе пятнадцать, верно? – мама улыбается словно ребенок, а мне неожиданно хочется плакать. – Как в школе?
- Хорошо, – едва выдавливаю я, не зная, что сказать.
- Хорошо, что хорошо. Я что-то хотела тебе сказать. Дай только вспомнить, – она потерла виски. – Что-то очень важное, связанное с чёрным. Важное. Нет, не могу вспомнить. Что-то про звезду.
- Блэк? – говорю первое, что приходит в голову. Мама оживляется.
- Да! Тебе не нужно с ним общаться, Морриган! Он опасный человек!
Нервно сглатываю.
- Почему ты думаешь, что я могу вообще когда-то его встретить? Его до сих пор ищут!
- Ох, Мо, – глаза ее затуманились. Недобрый знак. Ой, какой нехороший! Почему отец думает, что ее отпустят домой на Рождество, если она не может продержаться и пяти минут?
Мама начинает раскачиваться из стороны в сторону, а меня сковывает ужас.
- Он заберет тебя. Заберет. Вы разорвете истинное течение времени, и случится катастрофа. Он заберет … случится… случится…время…
Обессилев, она падает на подушку без сознания.
Я натыкаюсь на отца прямо возле дверей.
- Ты в порядке?
- Да. Она как всегда несла чушь, – нагло вру, пытаясь разглядеть в папиных глазах, слышал ли он что-нибудь из нашего разговора. – Спросила про школу только.
- Что ж, тогда я верну тебя туда поскорее. Если бы не Дамблдор, твой декан бы выставил меня вон.
- Шутишь? Тебя? Такого героического и неповторимого ирландца? Надеюсь, нам не нужно возвращаться к тем ужасным манекенам?
- Нет, можно аппарировать прямо отсюда – удобно для выходящих посетителей. Тебе лучше научиться себя контролировать во время этого процесса.
- Я себя контролирую, но не нужно тащить меня в эту тесноту, когда я не гото…
Лицо обдало холодом.
- …ва.
Меня начало тошнить. Однако, в запахе лаванды были свои плюсы. Миновав Запретный лес, мы снова оказались в замке.
В кабинете Снейпа меня вывернуло. Прости меня, любимое кресло декана!
- Ничего-ничего, – отец вытер мне лицо платком, затем достал волшебную палочку, которая издав звук слива в раковине, втянула в себя всю грязь. – Вот потеряй ты руку или ногу…
- О, – голова немного закружилась, – прекрати.
Дверь открылась, и на пороге появился Снейп.
- Мистер Калахан. Мисс Калахан, – раскланялся он, – надеюсь, вы решили свои неотложные дела?
- Разумеется, сэр, – начал паясничать отец. – Мо, я верю в твое благоразумие. И слушайся маму.
Похлопав меня по плечу, он вышел, хлопнув дверью, а я ойкнула в голос, увидев Снейпа, сидящего в кресле, на котором только что красовался мой ланч.
- Что-то еще? – нетерпеливо поинтересовался Снейп. – Плохо выглядите, Калахан, вам нужно пообедать.
- Да, – рассеяно отвечаю и выхожу в коридор Подземелья.
Слушайся маму. Слушайся маму. Он все слышал, и ничего, абсолютно ничего не сказал мне! Предатель!
Толком пообедать я так и не смогла. Меня снова начало мутить, и я предпочла укрыться в комнате, чтобы ненароком не явить сокурсникам содержимое своего желудка.
Мысли путались, и отвлечься домашним заданием было не лучшей идеей. Дремота одолела меня на первой главе вводного курса по защите от темных искусств.
Знаете, когда часто кого-то вспоминаешь, он обязательно появляется в вашей жизни? Не обязательно наяву, но очень часто во сне. И ты ничего не можешь сделать, лишь отдаешься этому болезненно сладкому чувству присутствия.
Я не знаю, что со мной не так. Наверное, где-то в департаменте, распоряжающемся снами, что-то напутали. Иначе, почему я снова вижу во сне человека, который отчего-то знает мое имя и даже еще чуточку больше. Я же знаю только его имя.
- Выглядишь не очень, – Сириус садится напротив меня, хлопая подносом.
В Большом зале всего несколько человек, а огоньки свечей, парящих под потолком, отражаются в елочных шарах. К слову, елок в Большом зале целых двенадцать, как обычно и бывает на Рождество. Это все так привычно, что я почти не удивляюсь.
- Плохо спала, – отвечает мой рот, а мысли пытаются протестовать.
- Ну, я знаю великолепное лекарство от твоих ночных кошмаров, Морриган.
- Неужели?
- Угу. Оно у меня в комнате под одеялом.
- Да иди ты к черту, Блэк, – встаю, чтобы уйти. Меня так достали его пошлые шутки. Интересно только, как давно это происходит.
- Ладно тебе, не будь такой неженкой!
- Я не неженка, а вот тебе бы не помешало перестать быть такой неотесанной скотиной.
