- Я знаю, не надо было трогать этот Маховик времени.
- Слушай, ничего с ним не случится, – неожиданно протараторил Джордж. – Уверен, что сейчас, в нашем времени, Сириус сидит у себя дома на площади Гриммо и как обычно ругается со своим домовым эльфом.
- Но ведь его ищут, с тех пор, как он сбежал из Азкаба… откуда вам это известно?
Фред и Джордж переглянулись. У меня появилось ощущение, что они мысленно обменялись несколькими фразами, затем они оба кивнули друг другу, и Фред заговорил первым.
- Самое главное, наверное, что ты должна знать о нем – он никого не убивал. Петтигрю предал его и Поттеров. Блэк невиновен.
По спине пробежал холод. Я прикрыла лицо руками, не в силах переварить в мыслях страшную догадку. Двенадцать лет. В Азкабане. По ложному обвинению. Бедный, бедный мой мальчик!
- Когда Сама-Знаешь-Кто возродился, он вернулся в свой старый дом, где жил с родителями, там Дамблдор устроил штаб-квартиру Ордена Феникса – организации, созданной еще во время Первой магической войны. Так получилось, что наши родители одни из первых, кто согласился вступить туда. Мы половину лета провели рядом с Блэком. Для него выход за пределы дома сейчас равносилен самоубийству.
Голову разрывало от мыслей, но больше всего хотелось бежать в спальню мальчиков и придушить Питера подушкой. Но нельзя, нельзя! Нельзя вмешиваться в то, что должно случиться, что просто неизбежно! Но, ведь все еще может быть просто великолепно – у Гарри будут родители, Сириус будет свободен... Нет. Нельзя.
В груди защемило. Фред тем временем покосился на наручные часы и демонстративно зевнул.
- Предлагаю нам разойтись по кроваткам, детишки, мы можем поболтать и в горизонтальном положении. Мо, тебе ведь не в первый раз спать с нами в одной комнате…
Я согласно кивнула и вернулась в свою кровать, которая снова стала уютной. Фред устроился на кровати Лили прямо среди оберток от сладостей, а Джордж перебрался на кровать Мэри.
- Так что, может Дамблдор и ошибается, – продолжил свой рассказ Фред уже сонным голосом, и через минуту мы услышали его храп.
Нет, я точно не усну. Сажусь в кровати и вижу, что Джордж тоже, похоже, не собирается спать.
- Ты тоже думаешь, что это всего лишь сны? – шепотом спрашиваю его, зажигая слабый огонек волшебной палочкой.
- Не знаю, – задумчиво отвечает он, – но это странно, почему именно ты видишь это. Почему именно Блэк…
Я опускаю палочку, чтобы не видеть его несчастного взгляда. В животе неожиданно становится очень жарко от воспоминаний о губах Сириуса, о его нежных поцелуях, от которых все вокруг начинает кружиться, опьяняя сильнее, чем самый крепкий алкоголь.
- Расскажи про него, – прошу я, и понимаю, что мой голос звучит одновременно и жалко, и жестоко.
Джордж неожиданно тоже зажигает палочку, и я с облегчением вижу, что моя просьба, похоже, ничуть его не задела.
- Ну, он неплохой, для человека, который провел двенадцать лет в Азкабане, хотя мало похож на того Блэка, которого ты знаешь. Не иметь возможности выйти на улицу для него пытка, но и единственное спасение. И он один. Хотел бы я забыть его улыбку, когда мы уезжали в школу. Выглядел как побитый пес, Джинни даже расплакалась. Мне жаль его, я бы не вынес этого – быть запертым в четырех стенах.
Я закрыла глаза, пытаясь представить Сириуса таким. Лет сорока, с сединой в волосах, тюремными татуировками и потухшим взглядом, абсолютно одного в большом доме. Меня затрясло и пришлось совершить старый трюк. Я прикусила зубами одеяло, чтобы не разрыдаться в голос.
Уизли в два прыжка оказался на моей кровати и принялся меня успокаивать, пытаясь что-то шутить, а я лишь чувствовала, что мои внутренности словно режут большим и острым ножом на мелкие кусочки.
Успокоиться я смогла только тогда, когда Джордж лег рядом со мной поверх одеяла, стиснув мою руку в своей.
Утром я проснулась в одиночестве. Весь мусор после ночных посиделок был убран, а постели аккуратно разглажены. Да уж, этих Уизли вряд ли что-то сможет долго удерживать на одном месте.
Почувствовав, что ужасно голодна, я привела себя в порядок и спустилась в Большой зал на завтрак.
Никогда не была в Хогвартсе на Рождественских каникулах. Учеников было так мало, что все сидели за одним столом, хотя все равно было заметно, что Слизеринцы предпочитают держаться подальше от Гриффиндорцев.
В воздухе еще парили горящие свечи, отражаясь тусклыми бликами в стеклянных шарах, украшающих традиционные двенадцать елей. Отгоняя мысль, что все это со мной уже случалось, я села на свободное место, и в моей тарелке тут же возник рождественский сливочный пудинг и фрукты.
- Выглядишь не очень, – Сириус садится напротив меня, хлопая подносом.
- Плохо спала.
- Ну, я знаю великолепное лекарство от твоих ночных кошмаров, Морриган.
- Неужели?
- Угу. Оно у меня в комнате под одеялом.
- Да иди ты к черту, Блэк, – взрываюсь я и тут же вспоминаю. Я видела это во сне! Значит, все правда, значит…
- Ладно тебе, не будь такой неженкой!
- Прости…
Говорю это, а внутри все сжимается от желания поцеловать его.
- Нет, это ты меня извини, – неожиданно отвечает он, оглядевшись по сторонам.
