Ириша, парень в тебя безумно влюблен. Это видно невооруженным взглядом! - Она погладила меня по щеке. - Если сократить его речь, то получится: "Как я соскучился по своей Ире". Он, кстати, обещал в выходные приехать. Скоро увидетесь.
Я кивнула. Все что было, осталось там, в Германии. В том числе и Жан. Здесь другая реальность, другой мир, другие правила.
Мамочка, я так устала. Пойду спать, хорошо?
Любимая комната. Обои, которые я выбрала сама, длинные, в пол, золотистые шторы - однажды увидела похожие в журнале и просто влюбилась. Мама твердила, что они совсем не подходят к интерьеру моей комнаты, но мне было все равно. Старенький компик на простом письменном столе, папа обещал немного попозже подарить мне ноутбук. Кровать из бука с плюшевым покрывалом, большой мишка в ногах - один из первых папиных подарков. Все родное, знакомое с детства, привычное.
Завтра, все завтра. - Сказала самой себе и завалилась спать. Веки сразу потяжелели, на то, чтобы встать и раздеться не осталось сил.
***
Я проснулась и никак не могла понять, который час - смещение часовых поясов плюс очень крепкий сон. Нашла телефон, каким то образом очутившийся под кроватью, посмотрела время - десять минут второго. Ночь. Улыбнулась, потянулась, вдохнула запах родного дома. Мне давно не было так хорошо! Тихо, спокойно, уютно, тепло. Но спать в повседневной одежде я все-таки не привыкла, поэтому включила ночник и полезла в чемодан искать пижаму. На глаза попался комплект, подаренный Женькой перед отъездом. Шелковые брючки с топом кремового цвета и шоколадно - золотистый халат. Мне на мгновение стало грустно, все-таки успела привыкнуть к непосредственной подруге. И, наверное поэтому, решила надеть именно его.
Захотелось пить. Осторожно ступая по паркету, чтобы никого не разбудить, пошла на кухню. Помню, что вечером мама убирала в холодильник целый кувшин клюквенного морса. Но мне не повезло. Я нечаянно, в темноте, наступила на новую Темину машинку. Раздался хруст и мой большой палец обожгло острой болью. До кухни пришлось прыгать на одной ноге, придерживаясь за стену. Заливать пол кровью не хотелось.
Это новый способ передвижения? Ни разу не слышал.
Я вздрогнула. Никак не ожидала обнаружить в кухне в час ночи отчима. Но все возрастающая боль в пальце заставила забыть о смущении.
Ага.
Его силуэт, напротив окна, четко вырисовывался на фоне ночного города, разбавленного тусклым светом фонарей. Он стоял скрестив руки и слегка наклонив голову набок, внимательно меня рассматривал.
Ира?
Да не переживай, на Темкину машинку наступила.
Отчим резко отстранился от подоконника и шагнул ко мне. Что-то внутри меня возликовало от стремительности и мощности его движения.
Давай посмотрим.
Он включил ночную подсветку и закрыл дверь на кухню, чтобы не будить Артема, чья комната была ближайшей. Я зажмурилась от неяркого света, глазам стало больно, будто бы в них насыпали песка. Когда проморгалась, папа сидел на полу у моих ног.
Где у зайки болит? - Вспомнил он хорошо знакомую с детства присказку. Это разрядило обстановку, я улыбнулась.
Моя ступня оказалась в его большой, теплой, чуть шершавой ладони. Мне стало душно, кровь прилила к щекам, и они горели словно в огне. Каждая клеточка пела от его касаний, от мягкости прикосновения.
Плохо дело.
Не сразу удалось вникнуть в смысл его слов...
Что такое?
Папа серьезно так, даже немного угрожающе на меня посмотрел, и шепотом, будто страшную тайну, поведал:
Придется как минимум - ампутировать!
Он меня еще пугает, когда мне и так больно. Сама не заметила, как у меня в руках оказалось полотенце и я тихонько шлепнула его по плечу.
Думаю, что перекиси и пластыря будет достаточно!
Отчим улыбнулся, а я зависла, наблюдая за его мягкими и в то же время по-мужски жесткими губами.
Как знать...
Легко перекатившись, Николай поднялся на ноги и достал аптечку.
Будет немного больно.
Потерплю.
Ради его прикосновений, не обыденных, а вот таких как сейчас, я была готова хоть каждый день наступать на машинки брата. Я сконцентрировалась на его движениях, уверенных, размеренных, точных - видимо сказался опыт службы. Боли не было, вернее я ее просто не чувствовала, переключившись на того, кто сейчас занимал все мои мысли, будоражил чувства.
Вот и все.
Я боялась того момента, когда он поднимет голову и наши глаза встретятся. Полумрак кухни сыграл злую шутку, он отделил нас от остального мира, сузил нашу реальность до пятнадцати квадратных метров. Сейчас у меня не получится сдержать себя, спрятать все тайное и недопустимое на дно своей души. Приглушенный свет правильно расставит акценты и мои чувства будут открыты для него. Что тогда? Нет, я пока не готова. Моя голова упала, волосы скрыли лицо.
Я еще бинт наложу, утром снимешь. Чтобы пластырь не задирался, а то знаю как ты во сне вертишься.
Еще минута и... Его губы невесомо касаются кожи рядом с повязкой.
Зачем он так? Разряд, мощный, острый пронесся по моему телу, остановил дыхание, ударил вниз живота.
Чтобы быстрее заживало.
