– Я хорошо знаю ирландцев, но все равно не могу понять: зачем его убили?
– Фиона, Кита заставили замолчать навсегда, чтобы он не мог выдать изменника.
– Откуда такая уверенность? – с сомнением спросила она.
– Уверенности у меня нет, но зачем еще было его убивать? – Реймонд вдруг умолк, потирая подбородок, но Фиона легко прочла его мысли.
– Нет, я не могу вызнать правду при помощи чар – хотя очень хотела бы это сделать. Ужасно сознавать свое бессилие, когда опасность грозит тем, кого я люблю! К чему тогда весь мой талант?
Де Клер с тревогой глянул на чародейку, обнял за плечи и легонько чмокнул в висок. Во дворе больше делать было нечего, и они не спеша вернулись в кабинет.
– Тебя наделили талантом не для того, чтобы ловить убийц, моя милая! – улыбнулся Реймонд, взяв в ладони ее лицо и отводя со лба спутанные пряди волос.
– Но ведь я чувствовала угрозу не только снаружи, но и внутри замка перед тем, как начался штурм! Жаль, что такое предчувствие посещает меня слишком редко. Пожалуй, за все десять лет это случилось два или три раза. – Она сосредоточенно сдвинула брови. – Я ощутила угрозу и ненависть, как будто кто-то следил за мной из западной башни. Но потом я поднялась туда и проверила замок. Он весь покрыт ржавчиной, и его не трогали уже много лет.
По спине у Реймонда поползли холодные щупальца страха. Его осенило страшное открытие: им нужна она, Фиона, с ее талантами и магией. А значит, опасность грозит не только ей, но и Шинид!
– Где сейчас Шинид?
– С Изольдой. А в чем дело?
– Я хочу, чтобы с нее не спускали глаз! – Он осторожно высвободился, чтобы пройти к двери и позвать слуг. Реймонд приказал им немедленно найти Шинид и вызвать к нему Алека и Йена.
Захлопнув дверь, он посмотрел на Фиону и спросил:
– Я могу положиться на своих рыцарей. Но кому ты могла бы доверить Шинид?
– Конналу, но он слишком молод. Или Дугану. – Реймонд не скрывал своего недоверия, Фиона пояснила: – Да, Дуган не умеет воевать, но он сумел бы о ней позаботиться. Хотя, с другой стороны, я не считаю себя вправе подвергать его жизнь опасности. Кто будет содержать его семью?
– Значит, ей придется остаться с нами, – решил Реймонд.
– Я могла бы защитить ее при помощи чар, но она не раз избавлялась от них просто из каприза!
Несмотря на снедавшую его тревогу, Реймонд не смог сдержать улыбки. С этой рыжей сорвиголовой не соскучишься!
Фионе было не до веселья. Все еще погруженная в мрачные мысли, она подошла к окну и распахнула его, рассеянно глядя на внутренний садик, покрытый свежей зеленью и цветами.
– Мы можем перечислить по именам всех, кто был здесь, с нами, во время штурма. Но кого не было рядом с тобой? – Она глубоко вздохнула и добавила: – Смотри, скоро на деревьях распустятся листья, и у наших врагов будет еще больше возможностей устроить засаду! – Чародейка устало потерла переносицу, и Реймонд поспешил к ней, чувствуя, как нарастает в ее душе неясная тревога. – И кто ненавидит нас с такой силой, чтобы делать это прямо у нас под носом?
– Тс-с! – Он ласково отвел ее руку и поцеловал бледный лоб. Заставил приподнять лицо и посмотрел в глаза. – Я его обязательно найду!
– Ты собрался на разведку? – всполошилась Фиона.
– От тебя ничего не скроешь, верно? – прошептал Реймонд с нежной улыбкой.
– Но это же глупо! – возмутилась Фиона. – Зачем так рисковать? – Она хотела попроситься в отряд, но передумала. Если Реймонд будет озабочен ее безопасностью, то запросто сможет прозевать засаду – и тогда им всем конец. Пусть думает, что Фиона надежно укрыта за стенами замка, и занимается своим делом. – Когда?
– Наверное, завтра. – Он с легким недоумением выгнул бровь. – И ты не пытаешься меня отговорить?
– Они рыскали вокруг нас, как стая волков, и норовили перерезать всех до одного, когда здесь были одни развалины, – сказала Фиона, обнимая мужа за талию. – А теперь, когда проклятие удалось снять, они тем более не угомонятся, пока не выкурят нас из Гленн-Тейза.
Он согласился и обнял ее еще крепче. Почему им до сих пор не удалось разгадать, что за препятствие стоит у них на пути? О каком «eihwaz» говорила та руна? А вдруг Реймонд уже преодолел его, только не понимает этого сам? Ведь он признался в любви Фионе и снял проклятие, он остановил стройку… Черт побери, когда же его тайный враг выйдет на честный бой лицом к лицу?
– Кажется, меня утешит пара-другая поцелуев!
Де Клер негромко рассмеялся и наклонился, припав к податливым, теплым губам. Кто-то настойчиво постучал в дверь, и они с неохотой отодвинулись друг от друга и разомкнули объятия. Фиона не сводила с мужа восхищенного взора и томно улыбалась.
Он со вздохом прижался лбом к ее лбу и сказал:
– Это либо Йен, либо Алек.
– Ну что ж, пусть войдет. – Она осторожно провела пальцами по его губам, еще влажным от поцелуя. – Хочешь, чтобы я вышла и не мешала вам совещаться?
– Нет, я хочу, чтобы ты всегда была рядом. Мне нужен твой совет. – Она посмотрела на Реймонда, не скрывая иронии. – Каждый раз, когда я пытаюсь делать по-своему, становится еще хуже, – признался он.
Она усмехнулась и высвободилась из его рук, чтобы отворить дверь.
