И, неся меня во дворец, пел рыбак о реке и о Судьбе, и горланил он песню во славу водяного Царя.
Когда же супруга ирландского короля увидала меня, то возжелала она плоти моей. И бросили меня на огонь и поджарили, и съела меня королева. Но прошло время, и родила она меня, и стал я ее отпрыском, сыном короля Кайрила. Я помню, как было мне тепло, и помнил я окружавшую меня темноту, и как двигался я, и слышал невнятные звуки. Все, что случилось со мной с того момента, как очутился я на решетке до моего появления на свет, храню я в памяти своей. Все помню я до мельчайших деталей.
— А нынче, — сказал Финниан, — ты возродишься снова, ибо я крещу тебя именем Господа и принимаю в семью Его.
Такова история Туана, сына Кайрила.
Нынче же никто не знает, почил ли он в Бозе в те далекие времена, когда Финниан был аббатом Мовилла, или же живет он до сих пор в своей ольстерской крепости, наблюдая за всем и храня обо всем память ради славы Господней и чести Ирландии.
Он был правителем, провидцем и поэтом. Господином, оставившим длинную вереницу славных дел. И был он нашим магом, мудрецом и прорицателем. Все деяния его были усладой для сердца. И хотя вы можете счесть слова мои о Финне[18] чрезмерными, а мое восхищение им неоправданным, тем не менее я клянусь Царем, что превыше меня — он был втрое лучше, чем сказанное мной о нем.
Финн (раньше его звали Фюн — в рифму со словом tune) начал воспитываться среди женщин. И в этом нет ничего удивительного, ведь именно собака учит своего щенка драться, а женщины знают, что это необходимое для жизни умение, хотя мужчины считают, что есть и другие, более искусные навыки. Этими женщинами были друидки — Бовмалл и Лия Луахра[19]. Можно удивиться, почему собственная мать Финна не научила его первым житейским навыкам, однако она просто не могла этого сделать, ведь она не осмелилась оставить его при себе из страха перед ужасным кланом Морна. Сыны этого клана долгое время боролись и плели интриги, чтобы лишить ее мужа Кула[20] предводительства над ирландскими фениями[21]. В конце концов они свергли его и убили. То был единственный способ избавиться от такого героя; и сие было очень непросто. Ибо чему отец Финна не мог бы обучить своего сына в искусстве боя, было неведомо и людям Морна. Однако имеющая терпение гончая все же настигнет зайца, и даже Мананн[22] порой спит.
Матерью Финна была длинноволосая красавица Мюрн[23]; так ее обычно называли. Она была дочерью Тейта, сына Нуады[24] из друидов, а ее матерью была Этне[25]. Таким образом ее братом был сам Луг Длиннорукий[26], и мы могли бы представить, что, имея такого божественного братца, Мюрн могла бы и не опасаться клана Морна, его сыновей или вообще кого бы то ни было. Однако у женщин бывают странные привязанности и необычные страхи, и нередко они так переплетены между собой, что по проявлению их порой бывает трудно судить об истинных чувствах.
Как бы то ни было, когда Кул умер, Мюрн снова вышла замуж; на этот раз за короля Керри. Она отдала своего ребенка на воспитание Бовмалл и Лии Луахре, и мы можем быть уверены, что она дала ему должные наставления, и во множестве. Малыша отвезли в леса Слив-Блум[27], где начали втайне воспитывать.
Вероятно, эти две женщины любили его, поскольку вокруг просто никого больше и не было. Он стал их жизнью; наверняка они с двойным умилением и благословением взирали на этого белокурого малыша. А волосы у него действительно были очень светлыми, и именно за белокурость позже и стали называть его Финном[28]; тогда же он был известен как Деймне[29]. Его кормилицы наблюдали, как пища, которую они вкладывали в его небольшое тельце, энергично и пружинисто возрастает вширь и ввысь, пребывая дюймами упругой плоти, которая сперва ползала, потом переступала, а затем побежала. Птицы стали его товарищами по играм, хотя, должно быть, его друзьями были и все прочие обитатели леса.
