Когда попали на паром обнаружилась одна огромная проблема и опять она была связана со мной. У меня случился приступ морской болезни. Так как я никогда не путешествовала по морю, то даже не знала, что у меня сильно укачивает. Когда еду куда-то поездом или лечу на самолёте, то всё нормально, а тут прямо жизни никакой. Я только ступила на палубу, как мне сразу стало плохо, только и смогла что дойти до каюты и упасть на кровать, да и то последние шаги я прошла с помощью обоих моих провожатых. У меня даже лекарства никакого не было, которое от этого помогает. Но Эдгар или Алекс (уж не знаю кто, не до этого было) где-то достали таблетки и чуть ли не силой впихнули их мне в рот.
Плыть до Хельсинки оказалось недолго, всего-то каких-нибудь два или три часа, но и это время я провалялась в каюте, борясь с тошнотой, хотя от таблеток мне стало немного лучше. Оба мужчины на время нашего короткого плаванья превратились в сиделок.
— Уж лучше бы мы и в Хельсинки полетели на самолёте, вы же со мной только мучаетесь. Ни пойти никуда, ни сделать что-то не можете.
— А нам никуда и не надо. Мы же не с кем-то другим плывём, а с тобой, значит нам за тобой и ухаживать. А развлекательная программа у нас будет уже в Хельсинки.
Как только паром причалил к берегу, мы как можно скорее спустились по трапу. Если бы у меня были силы, то я наверное бежала бы бегом. Но как только я почувствовала под ногами твёрдую землю, мне стало совсем хорошо. Хорошо что у нас была своя, хоть и арендованная заранее, машина и мы ничего особого не придумывая поехали в отель, в котором у нас был заказан номер, чтобы просто отдохнуть. Да и не было у меня сил куда-то идти. Может быть, завтра… Как только мы вошли в номер, начался поток инструкций со стороны моих мужчин. Особенно старался Эдгар. Ну да, он же у нас самый главный в нашей компании.
— Из номера без сопровождения ни ногой. Если остаёшься одна, то еду заказываешь в номер.
— Извините, а что у нас случилось? Кто-нибудь мне собирается объяснить хоть немного то, что мы делаем? Мы же в Европе, а не дома. Я что одна по городу погулять не могу?
Последние слова я уже сказала, чтобы просто позлить Эдгара. Не люблю гулять по городу, если я ничего там не знаю. Почему-то боюсь заблудиться и не выбраться. Но Эдгар мои слова воспринял по-своему.
— Выйдешь за дверь, свяжу и привяжу к кровати. Ты меня поняла?
— Вы не думаете, что как-то подозрительно? Вы меня потащили за собой в Европу, ничего не хотите объяснить по этому поводу? Ты всерьёз думаешь, что убедишь меня? Притащить меня сюда только для того, чтобы привязать здесь к кровати? Что-то случилось такое, почему я не могу остаться дома как в тот раз, когда ты уехал один и оставил меня дома с Алексом? И почему мы вообще ехали сюда с такими сложностями, через Эстонию? Что я буду делать тут одна, если вы будете целыми днями пропадать по своим делам?
Ладно, я немного покривила душой. Я, конечно, найду что делать, недаром втихаря захватила с собой подарок Эдгара — ноутбук, а интернет в отеле есть, так что я не пропаду. Но вы бы сами сидели целыми днями за компьютером, когда можно пойти посмотреть достопримечательности тех городов, в которых вы находитесь. А интернет он и дома есть. Ослушаться я всё равно не осмелюсь, так что и разговаривать дальше нет смысла. Так как номер у нас двухкомнатный, я просто повернулась и ушла от Эдгара и Алекса в другую комнату. Это оказалась спальня. Кровать просто шикарная, огромная. На ней человек пять, как минимум, спать могут и не мешать друг другу. А у меня при виде кровати в голову полезли неприличные мысли. Чтобы мы могли на этой кровати сделать…втроём. Да, именно втроём. И пусть меня осуждают, но мне понравилось быть с двумя мужчинами, которые к тому же всё время думают о моём наслаждении. Мне только о таких мыслей жарко стало. Что же будет если мы на этой кровати будем заниматься чем-то весьма приятным? Между ног стало мокро и жарко, соски просто встали торчком и казалось, что одежда только мешает и что от неё становится только хуже.
