— Я с тобой, — начал говорить, но Джемма приложила свой палец к моим губам и отрицательно покачала головой.
— Нет, Адольфо, я пойду одна.
— В банду отморозков и наркоманов? — я реально нервничал и даже встал с кровати, — Из-за какого-то наркосбытчика Коннора?
— Не из-за него, а в интересах нашей Семьи и спокойствия на ее территории, — голос Джеммы был тихим, а взгляд продолжал оставаться ласковым, — А еще накажу Логана. Он последний в списке Джокера. Помнишь девиз героя рассказа Эдгара По «Бочонок Амонтильядо» — Монтрезора: «Никто не провоцирует меня безнаказанно». Вот это про меня и капитана, — она встала с кровати, и сейчас мы стояли друг напротив друга, — Адольфо, передай папе и дедушке, что вмешиваться в эту игру нельзя ни при каких обстоятельствах. Я справлюсь, — она посмотрела на часы, — мне пора, через три часа вылет.
— Куда? Какой вылет?
— В Северную Каролину, — она со смешинками в глазах смотрела на меня, — Ты не обратил внимания, но в моем бывшем гостиничном номере не осталось моих вещей, они уже в камере хранения аэропорта, — малышка улыбалась, я же чувствовал растерянность, — Если останусь хотя бы на ночь, нападения и стычки с «Бунтарями» не избежать, а это лишние телодвижения, которые могут внести коррективы в мой план действий. Ты тоже не задерживайся здесь, возвращайся домой. Спасибо, что был рядом, — она подошла, обняла меня за талию. Я прижал самого дорого для меня человека так крепко, как это было допустимо, погладил ее по голове, потом взял за подбородок и накрыл ее сладкие и такие родные губки поцелуем.
— Люблю тебя, моя маленькая и непослушная Джемма, — мне не хотелось выпускать ее их своих объятий, — Я провожу тебя. И сам улечу ночью. Подожду рейса в аэропорту.
— Ехать в аэропорт надо разными машинами, — она отклонилась от меня, — Буду скучать, — и после этих слов моя девочка сама встала на носочки, притянула меня к себе и поцеловала в губы. И сказать, что я счастлив, нет, этим словом не выразить тот эмоциональный взрыв, который произошел у меня в душе. Ведь мы знаем, что не можем быть вместе, но с каждым разом нас тянет друг другу все сильнее. И столько нежности и любви в нас обоих, что хватит на несколько жизней. Ради этого стоит жить.
И снова я смотрю на уезжающую Джемму. Этот момент всегда для меня сложен. Так было с первого дня нашего знакомства с сестричкой. День разлуки, и я начинал волноваться. Казалось, что только я могу обеспечить ее безопасность и защиту, и я в ней очень нуждался и нуждаюсь. Между нами всегда незримая и необъяснимая связь, которая с возрастом только усиливается.
Малышка катила рядом с собой небольшой чемодан, выглядела как студентка, шла спокойно, но внимательно смотрела по сторонам, как и я, готовый в любой момент убить любого, кто может хоть что-то сделать в ее адрес. Но никого подозрительного или просто привлекающего внимание, не было. Джемма правильно рассчитала действия и Логана, и «Бунтарей».
Перед тем, как уйти в зал для посадки в самолет, Джемма, поправляя кроссовок, посмотрела в мою сторону, и мы пересеклись взглядами. И сейчас казалось, что мы разговариваем сердцем. Не нужны слова, нужен взгляд.
Она сильна, абсолютно уверена в себе и своих силах. Бросает вызов кому угодно, даже богам, если те осмелятся выступить против нее или Семьи Манчини.
Через три часа и я сел в самолет и улетел в Италию.
В доме меня уже ждали Дон и Анджело. Для всех остальных я уезжал по делам Семьи в Испанию.
При закрытых дверях кабинета Дона я рассказал им все о плане Джеммы до мельчайших его подробностей. Её просьба не вмешиваться в этот процесс расстроила Филиппо, но взяло верх доверие и уважение, царящие между членами семьи Манчини.
— Как говорится, есть два способа спорить с женщиной. Ни один не работает, — усмехнулся Анджело, — Думаю, раз Логан Мур — последний объект иронии Джокера, малышка скоро вернется домой или просто сменит Америку на другое место. Она не любит разочарований ни в людях, ни в событиях. Но что-то мне подсказывает, что еще должна разочароваться в мужчинах. А вот с этим нам с вами будет справиться сложнее.
Джуди Митчел вышла из такси, поднялась на свой этаж и около квартиры попала в объятия Алекса Харрисона, чего она не ожидала и сразу даже не поняла, как лучше поступить: убить или просто избить. Но он так крепко держал ее в своих руках, что она только смогла произнести несколько слов.
— Отпусти, больно, — и начала как змея пытаться выскользнуть из его рук, но его хватка не ослабевала, — Алекс, я выстрелю в тебя, хватит применять силу.
— Прости, — он выпустил ее из своих рук и внимательно смотрел в ее злые и такие красивые глаза.
Потом девушка открыла квартиру, хотела закатить чемодан, но это сделал Алекс. Они прошли внутрь. На кухне закипал чайник, они сидели напротив друг друга.
— Объясни цель своего визита. Я же ясно тебе объяснила, что мы не пересекаемся больше.
