Каждый из них понимал, что Джемма служит в полиции, и таковы будни этой службы. Но сейчас как-то остро осознали, что их веселая и любимая девочка ежедневно подвергается такой опасности.
После просмотра роликов сильно начал нервничать Адольфо. Трудно принять такие ситуации, ведь он сам видел, что несколько раз Джемма избежала опасных ударов ножом. А если бы у нее не было такой подготовленности, что тогда? Самые страшные картинки стали возникать в голове. Он встал, подошел к окну и посмотрел вдаль.
Но Адольфо был не единственным, кто так воспринял все увиденное. Филиппо стал суров, скрестил пальцы в замок и было видно, как сильно он их сжал. Густаво продолжал просматривать ролики, выключив звук. Возникшую напряженную тишину нарушил Анджело.
— Думаю, мне надо позвонить моей принцессе и узнать, как она поживает. Но раз у нас 13 часов, то там 7 утра, наверняка, малышка спит или на работе. Но все равно позвоню, — он начал набирать номер, но никто не ответил.
Джемма в это время, приехав домой, принимала душ и звонков Манчини старшего не слышала. И пока она сушила волосы, втирала мазь в плечо, на котором уже красовался приличный по размерам синяк, и бинтовала левую кисть, в Италии напряжение усиливалось. И вот через час Джемма сама перезвонила Анджело, а он включил громкую связь.
— Мое сердце, здравствуй, — начала с улыбкой разговор с дедушкой Джемма, сидя на кровати в своей комнате, — Прости, была в душе после дежурства, пропустила твои звонки. У вас все хорошо?
— Да, моя красавица, у нас все в порядке. А как у тебя дела? Как отдежурила?
— Анджело, если ты по поводу роликов в Интернете, то не волнуйся, все в порядке. Это была я и мой новый напарник, нормальная, штатная ситуация для полицейских. Такие задержания — частая вещь.
— Мы очень нервничаем. Ты несколько раз чуть не пострадала.
— Понятно, — Джемма устало выдохнула, — Папа, Адольфо и Густаво, я знаю, что вы в кабинете вместе с Анджело и включена громкая связь. Привет всем. Густаво, — обратилась она к мужчине, — успокой всех, пожалуйста, ты же видел большую часть драки, мои удары. Я могу за себя постоять.
— Джемма, малышка, здравствуй, — послушался голос Филиппо, — переходи на видеозвонок, — и судя по интонации, отшутиться от звонка и видео не получится.
— Привет поближе, мои дорогие, — все увидели уставшую Джемму, она улыбалась, укутавшись в плед, сидя на кровати. А она первым делом посмотрела на расстроенного Адольфо. Все ее поприветствовали, и снова заговорил отец.
— Джемма, мы волнуемся. Это ненормальное явление двум полицейским идти против разъяренной толпы. Ты могла пострадать.
— Пап, но не пострадала же. Моя работа не только расследовать дела, но и участвовать в выездах на заявки.
— Джемма, родная, — голос Адольфо был с нотками напряжения, — ты точно не пострадала? Только честно, — он знал, что девушка не соврет.
— Синяк на правом плече и ушиб левой кисти, больше нет повреждений, — Джемма сникла, подумав, что зря она перезвонила дедушке.
— Покажи плечо, — суровый голос Филиппо был крайне редко направлен в ее адрес.
— Папа, мне же не пять лет, чтобы показывать все свои ссадины и синяки. Не покажу, — она неосознанно надула губы, как делала в детстве, и от этой картины Филиппо в душе улыбнулся.
— Тогда завтра я буду у тебя.
— Это шантаж, папочка. Анджело, почему ты не на моей стороне?
— Я тоже хочу посмотреть на синяк.
— Ну и смотрите, — она спустила плед, и все увидели сейчас на все ее плечо синяк, — Мне он тоже нравится, — она старалась быть спокойной, а у Адольфо заныло в душе, была мысль приехать, забрать ее и увезти куда-нибудь подальше от полицейской работы, — Намазала лекарством, которым Густаво обрабатывал синяк на спине. Но я никогда на них внимания не обращаю, это просто синяки.
Филиппо стал совсем хмурый, в его глазах сейчас читалась злость на всех, кто прикоснулся к его дочери, и Джемма это поняла.
— Господин Филиппо Манчини, — ее голос был серьезным, как и вид, — У вас не получится наказать всех, кто ко мне прикоснулся. Они задержаны и сидят в камере управления полиции. И не говорите, что у вас были другие мысли минуту назад, — на что Дон только и мог сначала удивиться, а потом улыбнуться, — Адольфо, даже не думай меня забрать и увести подальше от моей работы. Я еще не закончила то, что должна сделать, — она послала ему воздушный поцелуй, — Густаво, ты гордишься своей ученицей, особенно моим приемом уширо маваши дзёдан? А еще я дважды использовала прием кидзами уро маваши дзёдан, и мне кажется, неплохо получилось, — Густаво показал жестом, что все было технично и правильно, — Анджело, ты просто меня любишь больше всех на свете. Дорогие мои мужчины, вы приняли тот факт, что я решила работать в полиции, поэтому прошу доверять моему инстинкту самосохранения. Я вас очень люблю. А теперь позвольте, я лягу спать, — ее нежная и уставшая улыбка конечно же растопила сердца мужчин.
— Все, спать, — сама себе сказала Джемма, как только завершился разговор, заворачиваясь в одеяло практически с головой, и через три минуты уже спала.
