— Дай мне разрешение, прошу! Я сотру с земли этот штат и перережу глотки всем группировкам. Они ее ранили, Дон! Это была подстава! Я убью капитана! — просто кричал в трубку разъяренный Адольфо, около которого стояли Густаво, Валерио, Фабрицио и еще человек десять. Все были напряжены и готовы сию минуту начать разборки. Это с малышкой Джеммой они ласковые и добрые, а на самом деле, когда речь идет об интересах Семьи, а тем более безопасности этой девочки, каждый из них превращается в убийцу, хладнокровного, мстительного и жестокого.
Адольфо долго разговаривал по телефону с Филиппо Манчини, отвечая на все его вопросы. При этом последний был суров, но сдержан, взвешенно давал распоряжения и обсуждал то, что произошло.
— Нет. Охрану ей обеспечил Алекс Харрисон. Его люди от нее не отходят и караулят ее квартиру, — отвечал на вопросы Адольфо, — Этот парень начал собирать информацию о том, кто причастен к тому, что приказ о составе группы полицейских, направляемых для подмоги, был подменен и в него включили Джуди и ее коллегу, которую малышка спасла. Женщин не должны были посылать. Полагаю, что вторую включили, чтобы было не так наглядно, что избавляются от нашей девочки.
— Дон, — обратился Адольфо к Филиппо Манчини, — может, заберем малышку отсюда?
— Нет. Я знаю, как ты волнуешься за Джемму, но она сама примет такое решение, когда придет время. Она же дочь Дона. Просто продолжай быть рядом.
После разговора с Филиппо Манчини, длившегося больше часа, Адольфо посмотрел на парней, стоявших здесь же и слышавших все, о чем говорилось, тяжело выдохнул и резко, со всей злости кинул большой армейский нож в дверной косяк, куда тот воткнулся.
— Адольфо, нам всем тяжело. Но мы на чужой территории. Джемма — сотрудник полиции, и мы не может светиться. Дон прав, — начал Валерио, сжимая пистолет в руке с такой силой, что побелели косточки на его руке.
— Знаю, — перебил его Адольфо (громко выругался на отборном итальянском мате), — я ненавижу Америку. И вам известно, как я отношусь к Джемме. Густаво, — он повернул голову к стоящему здесь же мужчине, — как только мелкую выпишут, надо, чтобы ты в образе медсестры нанес визит к ней домой. А теперь продумаем, как нам оттянуть встречу нашей Джеммы с сыном помощника мэра.
ДЖУДИ МИТЧЕЛ
— Как-то неожиданно в тот момент, когда мне было так плохо на душе и физически, в больнице появился Алекс. И какие у него теплые руки. Они показались такими родными, как и его глаза, которые действуют успокаивающе. Харрисон своей фразой напомнил мне мальчика из детства, — я смотрела в окно больничной палаты на улицу, где сейчас шел дождь, — Вот уже третьи сутки, как я здесь. Рана, на мой взгляд, пустяковая, заживает хорошо, я выспалась и очень хочу домой, безумно соскучилась за Адольфо, хоть плачь. Но больше всего мне хочется увидеть Анджело и Филиппо. Это самые главные люди в моей жизни.
Я решила пройтись до палаты, в которой сейчас восстанавливается после операции детектив Элиза, с которой мы и попали в засаду, но вышли из нее победителями, хоть и раненые, но несломленные духом. Выходя из своей палаты, увидела охранников, которые максимально старались походить просто на посетителей, но мой наметанный взгляд сразу выцепил их из общей массы людей на этаже. И стало понятным, что это люди Алекса. За это ему спасибо. С ними реально спокойнее. Да и Адольфо знает, что он меня охраняет. Ему тоже будет не так тревожно, хотя могу себе представить, что он чувствует, ведь наши возможности здесь ограничены. Но если Адольфо разозлить, мир для него перестанет иметь границы. И за это тоже я его обожаю.
— Привет, — тихо сказала мне Элиза, когда я появилась на пороге ее палаты.
— Ну и как процесс омоложения? — улыбнулась ей в ответ, подходя к койке, рядом с которой на тумбочке стояла фотография, на которой изображена Элиза с молодым мужчиной.
— Джуди, спасибо тебе за все: что не послушала меня и вытащила пулю еще там, что тащила раненую и закрывала собой. Это из-за меня тебя ранили, прости.
— Элиза, не уподобляйся гражданским, — хихикнула я и схватилась за раненый бок, — мы на задании, как на войне. И мы с тобой победили. Царапины — мелочи жизни.
— Джуди, — коллега выглядела несколько растерянной, — я хотела тебе открыть секрет, но прошу, не считай меня трусихой или слабачкой.
— Ты решила уйти из полиции, — я перебила ее, поскольку видела, как тяжело даются эти слова Элизе.
— Как догадалась? — девушка удивленно смотрела на меня, стоящую напротив.
— Мне кажется это правильным и логичным для тебя. Вообще странно, как ты со своим мягким характером оказалась в полиции. Хотела доказать, что ты сильная и самостоятельная? — я старалась искренне улыбаться и не смущать коллегу. Для меня все было очевидно. Второй такой ситуации как та, что мы с ней пережили, Элиза не вынесет.
— Ага, — улыбнулась она. Думала, что стану сильнее, смелее. А по факту, если бы тебя со мной не было тогда, сейчас уже не было бы меня. Мой парень сделал мне предложение прямо накануне нашего выезда в тот штат. И я его приняла.
