– Послушай-ка вот это, – Константин включил демо-запись.
Дело происходило на выходных в Киеве, дома у Константина, куда Натали приехала на выходные. Выходными такие дни назвать было сложно, потому что работать подчас приходилось даже больше, чем на «Конвейере славы» с его рутинностью, жестким графиком, связанным с записью телеверсии, с неопытностью начинающих артистов. Но именно здесь, в Киеве, в студии у Константина Натали не просто принимала участие в записи как музыкант. Она становилась свидетелем того, как рождалась песня, проходила весь тернистый путь от едва сформировавшегося мотива или пары запоминающихся строчек до законченного трека, звучащего с экрана и по радио.
– Нравится? – Константин ждал реакции Натали.
– Ага, – Натали внимательно дослушала запись до конца. – А кто будет петь эту песню, «ВаУ»?
– Думаю, что нет, она слишком взрослая для них.
– «Нам-Вам»?
– Не знаю. Я когда писал, думал, что она будет для Грицмана. Он легко справляется с советской классикой, так что и эта будет ему под силу. Во всяком случае, других претендентов я не вижу. А ты?
– И я, – ответила Натали.
С Константином Натали была абсолютно откровенна. Она делилась с ним своими переживаниями и проблемами, возникавшими в процессе работы. Он был в курсе ситуации с опекунами Натали и детским домом, откуда Натали отпустили с некоторыми сомнениями. Вот и сейчас они беседовали не как начальник с подчиненным, известный продюсер с начинающим музыкантом, а как коллеги по «Конвейеру славы».
– Знаешь, Натали, помнишь, ты мне говорила, что хочешь попробовать сделать аранжировку целиком?
– Да, мне бы этого хотелось, – призналась Натали.
– Хотелось – это одно, но ты понимаешь, мы все-таки не в игрушки играем.
– Понимаю я все, – сказала Натали и немного подумав, добавила, – я уже по отдельности все освоила и делаю, а чтобы поработать над аранжировкой целиком…
– Ну, так вот, – оборвал ее Константин. – Эта песня – твоя, делай аранжировку, записывай, жду от тебя готовый материал.
Константин медленно пил кофе. Ему и вправду было интересно, чем все это закончится. В способностях Натали он нисколько не сомневался. Он удивлялся, насколько быстро у Натали получилось пройти первые профессиональные шаги. Никогда еще он не доверял музыканту, работавшему с ним всего несколько месяцев, довести песню до ума и выполнить аранжировку. В том, что Натали еще и запишет этот трек с Грицманом, он тоже не сомневался. Натали легко ладила даже с самыми капризными артистами, которых на «Конвейере славы» было предостаточно.
Поначалу Константин ощущал какую-то оторванность от «Конвейера славы», несмотря на то, что был продюсером шедшего с большим успехом очередного сезона. Гораздо более комфортно себя чувствовал там его брат, Валерий Гармадзе, привыкший быть на виду. Отношения с участниками у Константина складывались неоднозначно. Во многих из них он с самого начала не был уверен. Но принимал решения не только Константин. На него давил Десятый канал, Юрий Агуша активно вмешивался и ограничивал возможности и полномочия Гармадзе как продюсера. Но ссориться с Агушей Константин не хотел. Скандал в момент проведения «Конвейера славы» был крайне нежелателен. Он был бы сразу раздут до космических масштабов, Константин был бы выставлен не в самом лучшем свете. Да и вся эта возня была Константину не по душе. Он предпочитал тихо сделать свое дело, пойти на компромисс даже в ущерб своему мнению и самолюбию.
Чем ближе был момент подведения итогов «Конвейера славы», тем больше мнение Константина диссонировало с позицией Десятого канала. В принципе Гармадзе понимал, с чем это связано, но занял нейтральную ко всему происходящему позицию. Согласился продюсировать очередной сезон он во многом под давлением и в целом уже тогда отдавал себе отчет в том, к чему это может привести. Шесть лет уговоров, угроз, ультиматумов – и вот, под его именем выходит очередной «Конвейер славы». Конечно, мы о многом можем только догадываться, но Константин никогда бы не поддался на уговоры, если бы не брошенная влиятельными людьми фраза о том, что артисты, с которыми он работает, не смогут полноценно появляться на телевидении, иными словами, будут внесены в негласный черный список. И вот, все закрутилось.
Как настоящий профессионал, привыкший решать и более сложные задачи, Константин и в этой ситуации продолжал делать свое дело и оставаться при своем мнении, считая, что лучшее, что может дать продюсер артисту – это помочь с качественным музыкальным материалом, его подготовкой и, собственно, записью песни. Скандалы, сплетни, закулисная борьба и раздел сфер интересов для него были совершенно неинтересны.
Не представляли интереса они и для Натали. Добрая и отзывчивая по природе своей, Натали никогда не желала никому ничего плохого и стремилась помочь во всем, что от нее, так или иначе, зависело. Даже понимая, что многое из того, что происходит на «Конвейере славы», мягко говоря, не совсем поддается логическому объяснению, она старалась работать на пределе возможностей.
