– Хорошо. Очень умный, с сильным характером, уверенный в себе и в своих действиях. Мы вас познакомим с Таймиром, Лонной и Донной, если захотите. Сами посмотрите на представителей княжеской семьи.
Мы еще минут десять поболтали ни о чем. О море, погоде, природе, достопримечательностях и так далее. Обменялись номерами линккеров.
– Кстати, мы вас так и не спросили, – улыбнулась я Арману. – А как ваши фамилии? Вы из какого рода?
Улыбка паренька сразу же перестал быть веселой, и он бросил взгляд на брата.
– Ну-у… – промычал он. – Мы…
– Я Эрик даль Трансе, – первым решился друг Андре.
– Сын советника князя? – уточнил Грег и получил утвердительный кивок.
– А вы… – посмотрела я на Армана и Андре, уже понимая, что сейчас услышу.
– Андре и Арман даль Рантарит, сыновья князя Астора даль Рантарита, – поморщившись, признался старший из братьев.
Да уж. Могла бы сразу догадаться. Кому еще Андре мог докладывать новости об изменениях в политике лиграссов? Князю эльфов – Астору даль Рантариту.
Как же тесен мир!
Уже на вилле, когда мы удалились от охраны в мои покои, я спросила Грега:
– Ты знал, что они сыновья князя эльфов?
– Догадался, не сразу, правда. В лицо я их не знал, они не бывали при дворе до моего побега.
– А мне почему не сказал?
– А зачем? Князь Астор, как и все эльфы, лоялен к короне, при дворе бывал неоднократно. С ними никогда не возникало трений, как с лиграссами. Эльфы очень законопослушны и открыты всем видам общения и сотрудничества. Да и много их, сама же видела, у половины жителей империи где-нибудь среди предков обязательно отметился кто-то из ушастого племени.
– Все равно, – покачала я головой. – Надо мне запросить у Яна досье на первых лиц империи. А то как-то нехорошо, меня все знают, а я дуб дубом.
– Что-нибудь интересное услышала? – не обратив внимания на мое бурчание, спросил брат.
– Андре отцу звонил, доложил о встрече с нами и об изменениях в отношениях с лиграссами. Думаю, в ближайшие дни князь Астор прибудет в столицу. Ну и старшему сыну он велел за мной приударить.
Грег хмыкнул, но промолчал.
– Чего хмыкаешь?
– Ему ничего не светит, – соизволил ответить брат. – Я уж молчу про Яна, но на тебя положил глаз дядя. Раньше бы он уцепился за Андре и желание князя Астора породниться, но не сейчас.
– С чего взял? – прохладно спросила я.
– Иржи, прекрати, – устало отмахнулся братец. – Ты же не слепая. Не знаю, чем ты его взяла, но дядя определенно к тебе неровно дышит. Боюсь, как бы не хуже. Другое дело, что дает фору Яну, все-таки младший любимый брат.
Я встала и прошлась по комнате, осмысливая слова Грега.
– Это так заметно? – наконец повернулась к нему лицом.
– Пф-ф-ф… – фыркнул он. – Скажешь, сама не видишь?
– Вижу. Только надеялась, что мне показалось.
– И не надейся. У тебя выбор теперь только между ними двумя. Ни тот, ни другой тебя не отдадут на сторону.
– Себастьян, похоже, решил от меня отказаться. – Я отвернулась к окну.
– А ты? Ты его любишь?
– Нет, Грег. Не люблю, – ответила медленно, решившись озвучить свои мысли вслух. – Он очень хороший, и я его за многое уважаю и ценю. А вот любовь… Не знаю, может, если бы не… Все и могло бы получиться. Только, понимаешь, это для Яна прошло много времени. У меня же еще слишком свежи воспоминания. А он ведь и не пытается сблизиться.
– А дядю?
– И его не люблю. Благодарна за многое. Он мне нравится и, безусловно, я испытываю к нему огромное уважение. Но это не любовь. Пока, по крайней мере. Да и он меня не любит. Скорее, хочет.
– Иржи, – помялся Грег и отвел взгляд. – Ты если решишься избавиться от своей проблемы… Ну… ты понимаешь. Не делай этого с Яном, если не собираешься выходить за него потом замуж. Не делай ему больно.
– О нет! Больше никаких замужеств! – меня ощутимо передернуло.
– Не зарекайся, – покачал Грегориан головой. – И вообще, не заморачивайся. Найди уже себе любовника и живи спокойно. Придет время, и все в твоей жизни разрешится.
– Ага, найди… – Я скорчила ему рожицу. – Из кого искать-то? Дать объявление в газете?
– Соблазнить Андре?
– Он меня боится! Представляешь? – И я передала подслушанные слова.
– Эльфы многое чуют. У них это – как нюх у собак. Вот и понимает, что с тобой все непросто, – улыбнулся брат.
