— Ой нет! — Старуха замотала головой и усмехнулась, показав покрытые пятнами, но на удивление ровные зубы. — Не были вы никогда обычными людьми, и скромными людьми никогда вы не были. Что же до этих, — она махнула рукой в сторону замерших людей, — встаньте, псы моря, встаньте на ноги. Посланники Итаквы даровали вам милость: вы можете теперь стоять в их присутствии!
Викинги начали с угрюмым видом подниматься с колен, а карга продолжала:
— Ты спросил о Тонйольфе? Тонйольфе Рыжем, которого еще зовут Тонйольф Тихий? Он в Норенштадте, а вызвал его туда Лейф Дуглассон, повелитель всех кланов. Ходят слухи, что скоро кланы пойдут в набег. Тонйольф участвует в большом тинге, но он скоро вернется. Здесь только его придурочный сынок Харальд, он валяется пьяный в зале собраний. — Она мотнула головой в сторону ограды.
— Ты говорила про набег, — поинтересовался де Мариньи. — Что за набег?
Старуха с усмешкой кивнула:
— Да, набег. Очень скоро все мужчины облачатся в металл и на длинных кораблях выступят против Гористого острова. Итаква повелел сделать это, он направил руку Лейфа Дуглассона и всех викингов против людей Гористого.
Она взяла паузу, громко рассмеялась и схватила путешественников за предплечья:
— И вашим рукам тоже найдется работа, о да! Да, на острове летучих мышей! Разве не было этого в моем пророчестве? Крылья летучей мыши хлопают в тумане; кровь, и страх, и дует великий ветер — и все это во имя него… Великого Итаквы!
Путешественникам показалось, что она выплюнула имя Шагающего с Ветрами на песок.
Викинги уже встали на ноги, и двое путешественников смогли теперь более подробно рассмотреть обитателей Нуминоса. Рассмотревши, они ощутили некоторую признательность ведунье за пусть и ошибочный, но теплый прием — ибо клан Тонйольфа Рыжего, хоть в нем было всего около пятидесяти человек, был воистину кланом великанов! Даже подростки лет четырнадцати-пятнадцати вымахали чуть ли не на семь футов, а отдельные взрослые мужики — так и хорошо за семь. Силберхатт на Земле был здоровяком, но по сравнению со здешними жителями он выглядел карликом!
— Последствия низкой гравитации, да? — шепнул Вождь уголком рта.
— Именно. И поэтому же их физическая сила, скорее всего, не соответствует росту. Может, они даже слабее, чем кажутся. Я на это надеюсь!
Викинги обступили их, каждый страстно желал рассмотреть гостей поближе, они все еще верили Аннахильд, сказавшей, что эти двое прилетели с неба. Прилетели, значит? Ну так мухи тоже летают! А что эти чужие еще умеют делать? Это же ясно, что Итаква выбрал бы кого другого — ростом побольше. Где доказательства, что они именно те, кого предсказала ведунья? Толпа подступила еще ближе, и тут…
— Эй, там! Прочь с дороги, шевелись давай! Что за посланники? Я слышал, как старуха вещала про посланников Итаквы, — загремел позади толпы грубый испитой бас.
Все моментально обернулись на голос и расступились, открывая путь его обладателю. Аннахильд шепнула:
— Харальд, сын вождя. Буян и пьяница. Осторожнее с ним!
Харальд был под стать своему голосу — чудовищный мужик семи футов ростом, с бочкообразной грудью и толстой красной мордой, которая отлично сочеталась с рыжими свалявшимися волосами и налитыми кровью маленькими свинячьими глазками. Он мельком взглянул на путешественников, сделал мощный глоток из кувшина, который держал в руке, и, запрокинув голову, разразился злобным хохотом. Веселье, однако, было недолгим, и он снова уставился на путешественников, уже молча. В этот раз Харальд смотрел куда более внимательно и злобно, и пусть он был не настолько пьян, как того хотелось землянам, слова Аннахильд о том, что он хам, вполне подтверждались.
Закончив глазеть, он гневно повернулся к толпе викингов и заорал:
— Дешевка! Всех вас обманули, ясно вам? Эти двое хмырей и старая чума. — Харальд махнул ручищей в сторону Аннахильд. — Посланники Итаквы, как же! Да только посмотрите на них, слепые вы черти, это же обычные люди!
— Но мы все видели, что они прилетели со стороны моря, — возразил какой-то молодой парень.
Харальд шагнул к нему и влепил тыльной стороной ладони такую пощечину, что парень зашатался.
— Чурбан, пустая башка! Это все Аннахильд. Она засыпала вам глаза своим порошком, вот вы и видите только то, что она скажет. Какие еще, в задницу, посланцы Итаквы? По мне, так эти двое больше похожи на людей с Гористого острова, и мы все знаем, что у нашей ведьмы к Гористому свой интерес.
При этих словах сыновья Аннахильд — тяжелые здоровяки неполных тридцати лет — шагнули вперед и грозно встали перед Харальдом. Тут же двое мужиков свирепого вида — дружки Харальда и явно такие же жлобы, встали по бокам главного задиры. Харальд тут же выхватил у одного из них копье, древко которого было толщиной с мужское запястье.
— Прочь, сукины дети, я с вами ругаться не хочу — рано еще! Ну-ка отошли, а мы посмотрим, из чего эти хмыри сделаны.
