Исчадие ветров полностью

И небесные острова (такие, как Серанниан в мире земных грез или замок Тиании с окружающими его садами), которые на первый взгляд свободно плавают, на деле же они закреплены, как на якорях, силами тех же самых гравитационных устройств, что питают энергией Элизию и удерживают ее в этом параллельном измерении, где, кроме нее, нет ровно ничего; и эти воздушные замки видны, куда ни посмотри, вблизи и вдали, будто бы раскиданы в случайных местах и каких попало высотах, на деле же они идеально расположены и выстроены в полном соответствии с желаниями и потребностями их обитателей, которые по своим формам могут быть так же разнообразны, как и построения зависимой от гравитации архитектуры. И тем не менее небо настолько просторно, что его нельзя, просто невозможно загромоздить.

В этих небесах, куда доставал глаз (или куда он мог бы достать в нормальных условиях), повсюду мчались или неторопливо плыли летающие машины, клочковатые облака прорезали зеленые с золотом драконы, мерно взмахивавшие кожистыми крыльями, растянутыми между белыми, как слоновая кость, костями скелета. Воздушную стихию использовали не только литарды и технические средства; среди разных рас, обитавших в Элизии, были и наделенные от природы способностью летать, и даже такие, которые могли обретать эту способность по желанию! Были еще и обладатели летающих плащей, таких же, как у Кроу, и, наконец, многие пользовались Часами Времени, особенно сегодня.

Но в Элизии не только города, небеса и горы, тут есть и могучие леса, бесконечные долины, и поля изумительных зеленых и желтых цветов, и океаны, которые прекраснее даже драгоценных океанов Земли. Один из них — Замерзшее море, похожее на снежинку диаметром в сотню миль, прибрежная область которого покрыта сверкающим льдом, изрезанным причудливыми трещинами, а в середине возвышались айсберги, смерзшиеся за многие века в могучий монолит. Титус Кроу как раз пролетал над Замерзшим морем, за которым…

…За которым лежали Ледяные страны, температура которых идеально подходила для некоторых обитателей Элизии. Там во дворце, расположенном в сердцевине ледника, жил Ктханид, представитель Старших Богов.

Старшие Боги… Они на самом деле не были богами, и Ктханид лично и во всеуслышание признавал это, но такое бесчисленное множество рас, существовавших во все времена в тысячах различных миров, считали их богами, что это название накрепко пристало к ним. Нет, они не боги, а ученые, ставшие богоравными благодаря своим научным достижениям. Они благодетельные Порождения Древности, но не все из них благодетельны.

Кроу летел над Замерзшим морем и уже начал ощущать холод Ледяных стран. Он знал, что Отх-Нетх будет согревать Тианию своим теплом, пока они не приземлятся посреди огромного ледника; что же касается его собственного самочувствия, то тело, которое сотворил ему Т 3РЕ, не могло как-то заметно пострадать от таких условий. Тем более что этот холод был скорее духовным, нежели реальным ожогом от пронизывающего ветра. Потому что гнетущее чувство никак не желало покинуть его.

На западе, далеко от сверкающей обломками льда каймы Замерзшего моря, он разглядел голубые воды чуть более теплого океана, где плавали и медленно таяли могучие айсберги, но уже в следующее мгновение этот вид исчез, так как Кроу начал снижаться над промерзшим всхолмьем, держа курс параллельно процессии литардов, которые, вне всякого сомнения, несли своих всадников туда же, куда направлялся и он: в зал совета грандиозного Хрустально-жемчужного дворца.

Ктханид, сверхразумный кракен, Великий, Мудрец и Отец Элизии. И благодетель…

Но существовало еще одно порождение расы Ктханида, существовавшее в таком же обличье, но отнюдь не благодетельное — ужасный, зверский, выродившийся Великий Древний, с деяниями и культом которого Кроу боролся всю свою жизнь как с первичным злом, уже три с половиной миллиарда лет пребывающий в Р’льехе, погруженном в пучину необъятного Тихого океана на Земле — Ктулху! Кроу задумался: почему это вдруг пришло ему на память? Откуда?

И он еще сильнее увеличил скорость своего плаща и устремился над рекой замерзшего в незапамятные времена льда и по извилистой расщелине, за которой находился вход в подледный дворец Ктханида.

В обычных обстоятельствах Кроу проявил бы подчеркнутое уважение, вошел бы не спеша и пешком проследовал бы в Зал совета, но сейчас обстоятельства не были обычными. Он ловко направил плащ в устье украшенной фантастической резьбой каверны, промчался над пологими маршами вырубленной во льду лестницы, ведущей в глубь ледника, и дальше, по пробитому во льду по горизонтальному тоннелю с полом из гранита, отполированного за многие века движением льда. Тут он почувствовал те странные, экзотические запахи, возникшие здесь только что, родившиеся для него в дуновении теплого ветерка из лежащих впереди глубинных областей.