— Их стихия это время, правильно? А в этих местах, близ Красной Медузы, есть такие участки, где время, представь себе, замирает. Во всяком случае, так утверждают несколько теорий. Конечно, такие теории редко оказываются истинными для Часов Времени, а вот для Псов… Как бы там ни было, стоит попробовать.
Он прекратил огонь и сразу же заставил Часы кувыркаться через голову, чтобы возникло впечатление, что в них случилась какая-то поломка и они перестали подчиняться управлению. Путешественники при этом не испытывали никаких неудобств: машина пространства/времени полностью компенсировала для них любые перевороты, и им казалось, что пространство описывает головокружительные фигуры вокруг неподвижно стоящих Часов.
Те Псы, которые оказались ближе всех к Часам, бросились было врассыпную, но теперь понемногу возвращались, собирались в мятущиеся облака, которые принялись описывать сужающиеся круги вокруг центра, где находились Часы Времени. Постепенно это движение подхватила вся огромная стая.
— Анри, они приближаются! — воскликнула Морин. — Что ты делаешь? Или ты забыл, что они могут пролезть в Часы сквозь их углы?
— Это я помню, — ответил де Мариньи. — И они это знают. Но, Морин, я для них куда важнее, чем бедняга Ссссс. Ты сама не забыла, что это стервятники Ктулху? Они сейчас предвкушают редкостную добычу, согласна?
Между тем Псы, поверившие, что Часы сломались, придвигались все ближе. Де Мариньи уже ощущал, как их психоусики, тонкие щупальца, предназначенные для высасывания из душ ментальной энергии, касались поверхности Часов, чувствовал, как Псы трепетали от неутолимого, вечного голода и отвратительных предвкушений. И лишь в последний миг, когда ближайшие из этих порождений страшнейших кошмаров, казалось, были готовы кинуться на Часы — на самом деле
И добыча заглотнула-таки крючок!
Ссссс уже оторвался от своих мучителей и, постепенно восстанавливая силы, наращивал скорость и быстро удалялся от Гончих. Теперь им было бы не под силу настичь его, во всяком случае здесь, в трехмерном пространстве. Впрочем, Ссссс их уже вовсе не интересовал. Их целью стал де Мариньи и тот или те, кто путешествовал вместе с ним: путешественники и сами Часы Времени.
Стремительно удалявшееся в бесконечность газообразное существо уже съежилось до размеров маленькой бабочки, затем превратилось в зеленую искру и наконец вовсе исчезло из виду! И лишь теперь — слишком поздно — Гончие почувствовали неодолимое притяжение ловушки, в которую заманил их де Мариньи, — одной из самых больших черных дыр, окружавших Красную Медузу. Ведь он вел их прямиком к ее сердцу! А де Мариньи двигался туда все глубже, все быстрее, пока даже почти неподверженная никаким влияниям ткань Часов Времени не начала растягиваться под действием обрушившихся на нее сил. И лишь тогда Искатель проломил временной барьер и устремился вперед, в то будущее, где дыры давно уже не существовало.
Он успел сделать это едва ли не в последний миг, потому что здесь, так близко от черной дыры, само пространство начало искажаться и терять свою форму. А вот для Псов оказалось поздно, слишком поздно. Из брюха Великого Пожирателя не могло спастись ничто материальное, пространство здесь заворачивалось само в себя, рядом с этим громадным бездумным чудовищем тонкие, как паутина, эфирные тела Псов будто и не существовали вовсе. Стремительно набирая скорость, они провалились внутрь, к той точке, где время для них должно было остановиться. И они вместе с ним.
Очень, очень немногие из них смогли ускользнуть, чтобы приползти обратно к спиральным шпилям мертвого призрачного Тиндалоса…
Морин выхватила все эти мысленные картинки из сознания де Мариньи и зябко поежилась.
— Ужасно, — сказала она. — Ужасная участь — даже для таких, как они.
— Морин, — отозвался Искатель, — мне иногда кажется, что ты такая хорошая, что просто не можешь существовать на самом деле! — И, как бы в опровержение своих слов, крепко обнял ее.
А потом направил Часы в сторону Земли…
«Если бы только — думал де Мариньи, пока Часы Времени несли его сквозь время и пространство в его прошлое — двадцатый век на планете Земля, — если бы только Элизию было так легко обнаружить и попасть туда, как это удается с земными мирами грез. Ведь несомненно эти места во многих отношениях не что иное, как параллельные миры чудес, что да, то да, и наверняка в мирах грез и сновидений есть места, способные сравниться с чем угодно, даже с Элизией.
Не считая… не считая того, что не
