– Теперь вы выслушаете меня! Полицейские третировали меня в течение долгих часов, смешивая с грязью. Они считают меня последним трусом, но если вы полагаете, что я намерен переносить что-нибудь подобное от вас, то вы глубоко ошибаетесь. Если я не высек вас, то лишь потому, что вы сестра Шеннон. Да, я не сопротивлялся этим бандитам, потому что опасался за жизнь жены.
Чирли продолжала на него смотреть с яростью и презрением, но не предпринимала попыток вырваться. Он подробно объяснил ей, как все произошло, и раскрыл мотивы своего поведения. Потом он встал и подошел к окну, чтобы поднять штору. Карсон долго смотрел наружу, после чего добавил:
– Теперь, когда я сказал вам все, что считал нужным, вы можете делать со мной что угодно.
Он услышал, как девушка встала, и через несколько секунд ощутил на своем плече ее руку.
– Я прошу у вас прощения, Джеймс, – смиренно вымолвила Чирли. – Я вам верю. Вы не хотели делать того, что могло бы принести вред Шеннон. Только... – она развела руками с безнадежным видом.
– Понимаю, – проронил Карсон. – Этот факт удручает меня, и я все время об этом думаю.
Он присел на подоконник, а Чирли на край кровати напротив него. Во время их ожесточенной схватки светлые волосы девушки рассыпались прядями по ее лицу. Она резким движением головы откинула их назад, поправила руками и спросила:
– Шеннон до сих пор в руках этой мрази?
– Да.
– А что делает полиция?
– Кажется, все, что может.
Карсон поискал в карманах сигареты и обнаружил, что там их нет. Из кучи предметов, свалившихся со столика, Чирли взяла пачку сигарет и протянула их Карсону.
– Возьмите. Где-то здесь должна валяться зажигалка, если эта проклятая горничная не замела ее куда-нибудь в угол.
Карсон зажег две сигареты и протянул одну Чирли, которая глубоко затянулась. Это отличало сестер, ведь Шеннон почти не затягивалась. Это было как галлюцинация: сходство между двумя сестрами было столь поразительным, что Карсон был ошеломлен.
Одернув платье на коленях, Чирли выпустила тонкую струйку дыма и задала Карсону несколько вопросов:
– Теперь скажите мне, Джеймс, зачем вы пришли ко мне? Вы не возражаете, что я зову вас Джеймсом?
– Конечно, нет. Причина моего посещения? Так вот... вы сестра Шеннон, и мне показалось, что я должен ввести вас в курс дела. Потом, я думал, что если Шеннон удастся от них ускользнуть, то она, может быть, подаст вам весточку.
– Понимаю... – Чирли встала и принялась ходить по маленькой комнатке. – А теперь что вы собираетесь делать?
– Пока не знаю, – признался он.
Блондинка собралась было задать еще несколько вопросов, но тут в дверь постучали. Она пошла открывать дверь и, открыв ее, очутилась перед служащим бара, немного обалдевшим от такого краткого ожидания.
– Слушайте, Чирли! Мы были терпеливы с вами, но существуют же границы. А у вас в это время такая иллюминация, как в баре Сан Педро во время пребывания там флота. Вам уже посылали предупреждение. – Он увидел опрокинутый столик, беспорядочно раскиданные предметы и ужаснулся. – Боже мой! Посмотрите на лампу! Лампу, которая обошлась нам в пятнадцать долларов!
Чирли кинула быстрый взгляд на Карсона и, не вынимая изо рта сигарету, прыгающую в уголке рта, произнесла:
– Дайте этому типу пятнадцать долларов, Джеймс, хорошо? Пока он окончательно не потерял голову, этот чокнутый.
Карсон протянул служащему две банкноты по десять долларов.
– Остальное оставьте себе за беспокойство, – заявил он. Служащий немного подобрел.
Ну, ладно, все хорошо. Но это в последний раз, – предупредил он. – Вы предупреждены, Чирли. Если вы заставите меня подняться еще раз, чтобы прекратить этот базар, вы вылетите вон. Вы знаете правила. Дирекция не интересуется, что вы делаете в вашем номере, до тех пор, пока это не переходит границы дозволенного.
Чирли указала ему пальцем на дверь.
– Вы получили ваши бабки и проваливайте! И в следующий раз стучите потише, а если этого не сделаете, я расскажу вашей толстухе, сколько раз в неделю вы заходите в триста шестой номер, чтобы проверить в нем состояние проводки.
– Как вы смеете! – возмутился служащий.
– Именно смею, – улыбнулась Чирли и вытолкнула его из комнаты. Закрыв за ним дверь, она потушила сигарету о полированную поверхность комода. – Поверьте мне, – обратилась она к Карсону, – что жить тут до отвращения тошно. Нет ничего удивительного, что Шеннон пошла другим путем, нежели я. Так у полиции нет никакого следа?
– Двадцать минут назад, когда я туда звонил, у них ничего не было.
– Бедная девочка! Я думаю...
– Что?
– Не подключить ли к этому делу нескольких полезных парней? В моей работе я общаюсь со многими людьми, далеко не ангелами, но они никогда не позволили бы себе подобной выходки. Все это случилось в нескольких милях отсюда. Если ублюдки из этих мест, они вынуждены будут остановиться, чтобы запастись провизией, а я знаю несколько продавцов. Дайте мне время привести себя в порядок и одеться, а потом доставьте меня в мой бар. Во всяком случае, если у вас нет никакого другого намерения...
– Ничего у меня нет.
