– Замолчите! – закричал он. – Замолчите! – проведя дрожащей рукой по ее лицу, он тут же извинился. – Я сожалею, но я...
– Все ясно, вы ее любите.
– Да.
– Я тоже, – она присела на край дивана, скрестила руки на коленях с безнадежным видом и спросила: – Что же нам делать теперь?
– Сейчас я попытаюсь выбраться из дома, не возбуждая вопросов фликов, расположившихся напротив. Они способны разрушить мои планы.
– А я разве не могу пойти вместо вас?
– Не можете, – возразил Карсон. – Акции у вас не те... После публикации в газете, даже если я напишу директору банка, что это я послал вас, и попрошу его держать это в секрете, он станет подозревать неладное и предупредит полицию.
– И мы больше никогда не услышим об этих двоих негодяях, – добавила Чирли, поворачивая фотографию.
– Что-то в этом духе...
– Итак, что мы будем делать?
– Пока не знаю.
Взяв конверт, в котором находилась фотография, он посмотрел на почтовый штемпель. Конверт был проштемпелеван накануне в Лонг-Бич в 23 часа 30 минут. Это мало что давало. Письмо могло быть положено в ящик в любое время дня и ночи. Во всяком случае, Шеннон была пленницей и находилась на расстоянии не менее восьми миль. Это было утешением, но очень малым.
– Может, вам лучше поручить получить деньги одному из ваших коллег, которому вы доверяете? – предложила Чирли.
– Сомнительное дело, – ответил Карсон, который уже думал об этом варианте. – Я не смогу собрать тогда достаточную сумму.
– Хотите чашечку кофе, Джеймс? – спросила Чирли, вставая. Она смотрела на стакан виски, который ее зять, не тронув, поставил на стол.
– Пожалуй, да.
Чирли приготовила кофе на кухне. Усаживаясь за стол, Карсон думал о силе привычки и об инстинкте самосохранения. Несмотря на переживаемую им трагедию, жизнь продолжалась. Он оставался чувствителен к жаре, голоду и жажде. Все это должно было что-то означать. Вероятно, мужчины действительно жуткие натуры, и переживания не влияют на их общие потребности. Допущенная им слабость этой ночью еще больше понуждала Карсона сделать все возможное для освобождения Шеннон и удовлетворить, в чем бы оно ни выражалось, требование бандитов.
Что угодно, лишь бы ему вернули Шеннон. Чирли сделала глоток кофе, и на ее личике возникла недовольная гримаса.
– Что с вами? – поинтересовался Карсон.
– Ничего... В холодильнике не оказалось молока, а я не привыкла пить черный кофе.
Карсон рассуждал. Если память ему не изменяет, то в утро их отъезда, пока он возился с трейлером, Шеннон спросила его, предупредил ли он молочника, чтобы тот ничего не приносил в течение двух недель, пока они будут отсутствовать. И так как Карсон ответил, что он ничего не сделал, Шеннон решила написать молочнику записку, чтобы тот продолжил снабжение их молочными продуктами только через две недели.
– А вы смотрели с черного хода? – осведомился он.
– Нет, я об этом не подумала.
Карсон открыл дверь кухни. Шеннон, видимо, действительно написала записку, и две недели уже истекли, потому что там стояли два бидона с молоком и горшочек со сметаной. Наклонившись, чтобы взять молоко, Карсон заметил сложенный конверт. Сперва он подумал, что это послание от молочника, но затем, убедившись в ошибке, стал ругаться сквозь зубы.
– Что там происходит? – спросила Чирли, сидя за столом.
Освободив конверт из-под бидонов, Карсон принес его на кухню.
Перед нашим носом и перед нашим бородатым, – проворчал он. – Перед глазами фликов... Вероятно, один из бандитов подходил к черной лестнице.
– Вторичное требование выкупа?
– Похоже на то.
Он с трепетом вскрыл конверт. Послание, как и в первый раз, содержало фотографию Шеннон. Но на этот раз отправители не стали утруждать себя вырезанием букв из газет. Они написали письмо от руки, но измененным почерком.
– Ради бога, Джеймс, не стойте так с выпученными глазами! – воскликнула Чирли. – Это ведь касается моей сестры! Чего они там требуют?
Карсон громко прочел:
– "Мы видели, как специальный человек принес вам письмо с полчаса назад, а это письмо доказывает вам, что мы не спим и наблюдаем за вами. Вы теперь знаете, что вам надо делать. Если вы хотите видеть вашу жену живой, то действуйте соответственно. Положите 50 000 долларов мелкими купюрами в кожаный бювар и поезжайте сегодня вечером к своему бюро в Эль Секундо. Точно в девять часов. А в девять часов восемь минут принесите бювар к шахте № 1 и суньте его под бревно, нет, лучше под брезент, прикрывающий оборудование. Потом пешком вернитесь к стоянке машин служащих. Если вы в точности выполните инструкцию, то найдете миссис Карсон.
Постскриптум: Вам понравилась фотография?
Карсон перевернул фото и взглянул на фотографию, которая мало чем отличалась от первой. Потом он протянул ее Чирли. Она качнула головой и заявила:
– Они, вероятно, отлично знают место, где вы работаете. Там есть шахта номер один?
– Да, это первая шахта, которую использовала компания. Находится на другом конце территории.
– А место для стоянки служебных машин?
– Также существует.
