Карсон не нашел что ей ответить. По всем признакам, сестра Шеннон не считалась с деньгами, но у нее был неукротимый темперамент. Жалко, что не ее похитили бандиты. Он остановил машину перед своим домом и открыл дверцу Чирли. Блондинка с безразличным видом посмотрела вокруг, но ничто ее не обрадовало.
— Здесь много воды, — скривилась она.
С таким же недовольным видом она прошла внутрь дома. Тогда как Шеннон восторгалась обстановкой и помещением, Чирли лишь поинтересовалась тем, где находится ванная и есть ли в доме виски. Карсон наполнил два стакана и подал ей один. Потом он позвонил в комиссариат в Норуолк.
На этот раз агент говорил с ним гораздо более холодным тоном. Этого Карсон никак не мог объяснить.
— Ничего нового нет, — заявил он. — Откуда вы звоните, мистер Карсон?
— Из своего дома.
— Отлично, — сухо закончил агент и повесил трубку.
Карсон со стаканом в руке пересек комнату. Чирли расположилась как у себя дома. Она положила кофточку и свой дешевый мех на диван и сняла туфли.
— Любопытно, — произнес Карсон.
— Что?
— Тон агента, с которым я разговаривал по телефону.
— Что же это был за тон?
— Он говорил со мной так, как будто делал мне большое одолжение, отвечая на мой вопрос.
— Кроме шуток?
— Я вас уверяю, тон был откровенно неприязненным.
— Таковы все флики, — не раздумывая согласилась Чирли.
— При публике они ведут себя, как святые, а на самом деле у них коровья кожа. Я помню время, когда я работала в Сан-Диего…
Ее повествование прервал неожиданный звонок во входную дверь. Карсон взял стакан и пошел открывать. Взволнованный, он смотрел на полицейских, стоящих на пороге. Одновременно послышался треск: это взломали черный ход. Чирли закричала со своего лежбища:
— Боже мой! Нашествие полиции! Только не очень-то распускайтесь, парни!
Карсон увидел револьверы, которые наставили на него инспектор Филипс и помощник шерифа Уэнси. Карсон медленно поднялся в гостиную. Он почувствовал, как человек, вошедший через черный ход, обшаривает его карманы.
— Он не вооружен, инспектор, — доложил полицейский.
Спрятав свое оружие, Уэнси повернулся к Чирли, сидящей на диване.
— Логично, — спокойно констатировал он.
— Что логично? — уточнил Карсон. — О чем это вы?
— Вы не знаете?
— Нет.
— Тогда я вам вот что скажу, — произнес помощник шерифа.
— Вы менее ловки, чем воображаете, Карсон. Ваша история сразу же показалась мне неправдоподобной. Теперь у нас есть подтверждение. Мы знаем, что как только вы позвонили, чтобы предупредить полицию, вы убили свою жену и закопали ее в горах.
— Вы нашли ее? Вы нашли тело Шеннон? — закричал Карсон.
— Нет, — признался инспектор Филипс, — пока еще нет. Но мы подумали, что, может быть, вы будете расположены подсказать нам, где вы ее закопали.
Допрос Карсона происходил в большом пустом зале, обшитом панелями. Карсон, сидевший на указанном ему стуле, курил сигарету за сигаретой.
— Нервничаете? — спросил его Уэнси.
— Нет, нисколько…
Теперь, когда миновал первый шок от этого абсурдного обвинения, брошенного ему в лицо, Карсон испытывал меньше гнева. Его охватило чувство злорадства. Его мозг и тело настолько измучились, что он уже почти ничего не ощущал. И что особенно трагично, так это то, что полиция теряла время, задавая эти идиотские вопросы, когда нужно было употребить все силы на розыски двоих негодяев и Шеннон. Ведь кошмар все еще продолжался. Если, конечно, предположить, что бандиты еще не прикончили Шеннон.
Люди в форме и технические работники приходили и уходили. Инспектор, который сменил Филипса, казался поглощенным рапортом, который ему передал Филипс. Загорелый, почти пятидесятилетний инспектор Розенкранц больше походил на воспитателя в лицее или колледже, чем на охотника за людьми. Наконец, вполне удовлетворенный прочитанным, он развернул кресло и бросился в атаку на Чирли.
— Вы заявили, что вас зовут мисс Гри, — начал Розенкранц. — Вы сестра миссис Карсон?
— Точно, мой голубок, — Чирли послала ему идиотскую улыбку.
— Вы певица из бара «Желтый кот» в Лонг-Бич?
— Была, — поправила его Чирли. — Сегодня днем меня выставили за дверь.
— Я вижу… И что же вы делали в квартире мистера Карсона, когда туда нагрянула полиция?
Еще более хриплым голосом Чирли ответила, не меняя выражения каменного лица:
— Я лежала плашмя на кровати, одетая только в костюм Евы, и старалась заменить свою сестру у своего зятя.
Большинство полицейских рассмеялись. Уже и без того красное лицо Розенкранца стало багрово-пурпурным.
— Не стройте из себя дурочку! — возмутился Розенкранц. Он кинул взгляд на бумаги в руке и продолжил: — Задержавшие вас люди сообщили, что вы сидели на диване одетая, держа в одной руке стакан с вином, а в другой сигарету.
— Значит, вы все знаете, — усмехнулась Чирли.
Инспектор размышлял, как ему лучше взяться за эту штучку, чтобы продолжить допрос. Он спросил после некоторого раздумья:
— Вы по-прежнему утверждаете, что вы сестра миссис Карсон?
Чирли долго не думала.
