– Он… он… – Френсис попыталась сосредоточиться. – Он любил подниматься к кладбищу и ферме «Топкомб». Ему нравилось забираться там в сарай с сеном. Я брала его с собой несколько раз, когда навещала Джудит, вскоре после того, как уехала.
– Тогда мы начнем оттуда. Так?
Оуэн выдержал ее пристальный взгляд, и Френсис почувствовала, что к ней возвращаются силы. Она кивнула:
– Да.
Порывистый ветер с дождем хлестал им в глаза, вода затекала под воротник и манжеты. Они пересекли Клэвертон-Даун, а затем свернули к Смоллкомб-Вэйл, зеленой долине, раскинувшейся к югу от Бата. Шли молча, каждый погруженный в свои мысли, шлепая по мокрой траве и грязи. Френсис остановилась, когда на склоне холма показалась ферма «Топкомб». Ручей впадал в большой пруд рядом с ней; множество древних сараев и амбаров стояли вокруг заброшенного георгианского особняка. Ветер разносил клубы дыма, поднимающиеся из трубы. Френсис приготовилась к встрече с Джудит Пэрри, которая никогда не хотела видеть ее своей невесткой и теперь уже не простит ей того, что она уехала. Френсис изо всех сил старалась быть примерной женой Джо – женой фермера. Но рождение ребенка казалось ей пугающе необратимым событием, и перспектива иметь детей всегда ее отталкивала. Дети могут умереть, дети могут сломать всю жизнь.
Оуэн проследил за ее взглядом.
– Мне было трудно представить, как ты здесь живешь, – сказал Оуэн. – Почему-то мне это казалось неправильным.
– Мне очень нравилось здесь жить, – ответила Френсис.
Оуэн удивленно посмотрел на нее.
– Я хочу сказать, мне очень нравилась эта ферма. Чистый воздух, небо от края до края, простор…
Тут все жило и дышало, даже зимой. Френсис нравился безропотный стоицизм животных. Пар, поднимающийся от коров; гуси, скользящие по замерзшему пруду; прелое сено в сарае… Все это было так не похоже на мертвые улицы зимнего города.
– Думаю, именно поэтому я и согласилась выйти замуж.
– Но ведь это не могло быть единственной причиной, верно? Наверно, ты любила Джо.
– Нет. Я… Он мне нравился. Я согласилась, потому что он этого хотел. Потому что он любил меня. Я думала, что этого будет достаточно… Я решила: почему бы не попробовать? Но это было ошибкой.
Френсис замолчала, вспоминая прошлое. Была и другая причина ее замужества, о которой она не сказала. Оуэн к тому времени уже был женат на Мэгги.
– Я думала, что смогу начать тут новую жизнь, освободившись от прошлого, – сказала Френсис. – Мои родители все время говорили, что я должна это сделать. Но оказалось, что прошлое – это часть тебя, и ты несешь его с собой, хочешь ты того или нет. Правда, одно время мне тут действительно очень нравилось.
– Но ведь заниматься сельским хозяйством тяжело, да? Если тебя с детства не приучали к этому, – сказал Оуэн.
Френсис пожала плечами:
– Такая жизнь как раз по мне – меня не волнуют сломанные ногти, отсутствие парикмахерской и неистребимый запах животных. Нисколько не волнуют! И всегда нужно было что-то делать – каждый день имел свою цель. Прожив на ферме какое-то время, я стала по-другому относиться к миру.
– Так почему же ты уехала? Ничего, что я спрашиваю? – В голосе Оуэна прозвучало смущение. – Вы с Джо поссорились?
– Нет-нет. – Френсис на мгновение задумалась. – Джо заслуживает жену, которая любила бы его. Ему нужна та, которая хотела бы стать матерью его детей. А я лишь сделала его несчастным.
Френсис направилась вниз с холма прежде, чем Оуэн успел спросить что-нибудь еще. Вскоре она услышала, что он догоняет ее. Она прошла прямо в сарай, оглядываясь по сторонам. Дэви нравилось играть в стоге сена, когда они приходили сюда раньше. Хихикая, покрытый соломой, он карабкался наверх, а потом скользил вниз, как с горки, и делал это снова и снова. Френсис осмотрелась, стараясь уловить малейшее движение или шорох. Тихо ворковали куры, жужжали мухи, по балке бегала мышь.
– Дэви!.. – позвала она. – Это Френсис… Теперь ты можешь выйти.
Как будто они просто играли в прятки.
– Я пришла, чтобы забрать тебя домой. Не бойся…
Ее голос затих; она просто физически ощутила, что разговаривает лишь с крысами и курами, и больше ни с кем.
– Ну же, Дэви… – снова слабо позвала она.
Сзади зашуршали по соломе шаги Оуэна.
– Никого? – спросил он.
Она покачала головой.
– Может, нам стоит постучать в дом и предупредить хозяев, что мы здесь?
– Возможно, – согласилась Френсис.
– Я бы предупредила – обязательно, – послышался сзади голос Джудит.
Френсис и Оуэн обернулись. Джудит смотрела на них поверх ствола своего дробовика, который она тут же опустила.
– Я думала, это воры, Френсис. И чуть не подстрелила тебя, черт возьми, – проворчала она.
Лицо Джудит было усталым, а глаза непроницаемо-черными. Натруженные руки – сплошные кости да сухожилия – крепко сжимали ружье.
– Мы ищем Дэви, – сказала Френсис. – Он пропал в городе во время бомбежки. Мы можем проверить и другие амбары?
– Тот маленький мальчик, за которым ты приглядывала иногда и в котором души не чаяла? – Джудит пристально смотрела на Френсис. – Ищите где хотите. Я его не видела, – сказала она, направляясь обратно к дому.
