Сгорбилась, положив руки на колени. Теперь со страшной силой заныли плечи, но все равно она чувствовала облегчение. Кровь свободно потекла по венам, затекшие конечности начало покалывать, хотя «покалывать» в данном случае слишком мягко сказано. Какое-там покалывание? Скорее втыкание раскаленных игл.
И тут она услышала шаги, приближавшиеся к тайнику. Шаги стихли, сменившись скрипом натягиваемых на руки хирургических перчаток, звук был точь-в-точь как в фильмах.
Джулия подобралась. Сделала глубокий вдох, напрягла мускулы, стараясь подготовиться к ожидающему ее.
Представила четырнадцатилетнюю Анну и нависшую над ней Эдну, внушающую внучке, что если она хочет чего-нибудь добиться в этой жизни, должна упорно работать, а кино и мальчики – для простых девочек, тех, которые ниже ее. А если Анна не будет слушаться любимую бабушку, то бабушка ее накажет. Анна ведь хорошо знает, какое наказание ее ждет, и не хочет, чтобы оно повторилось, не так ли?
А вот Анне уже пятнадцать. Ее тошнит в ванной, по внутренним сторонам рук, там, где не видно, тянутся тонкие красные полоски.
Или двадцатилетняя Анна: задерганная неврастеничка, больше всего на свете боящаяся не оправдать ожиданий бабушки.
Ну, нет! Анна родилась для радости. Она должна прожить счастливое детство, смеяться, баловаться, научиться рисовать, увлечься поп-музыкой, смотреть телевизор и жевать чипсы с шоколадками. Она должна понять, что самое главное – жизнелюбие и доброта, а вовсе не деньги и титулы.
Стать такой, как хочет Джулия, а не Эдна.
Дверца тайника заскрежетала, и слева раскрылась светящаяся щель в дюйм шириной.
Джулия напряглась. Она чувствовала себя сильной. Храброй. Способной справиться со всем, чем угодно.
И тогда все началось.
Мы смотрим, как уходят ее друзья. Любопытно, трахается ли она с этим толстяком? Очень может быть, зная Джулию. Вот они залезают в машину и уезжают. Надо еще подождать, убедиться, что они не вернутся. Вряд ли что-то заподозрили, для таких это было бы слишком: им и в голову не придет, что в нашем доме имеется древний «тайник священника», а в тайнике лежит их пропавшая приятельница. Для подобного у них элементарно не хватит ни ума, ни воображения. Овцы, они овцы и есть. Для таких невозможно представить, что мы задумали и спланировали убийство собтвенной невестки, вот они и не представляют. Ну и ладненько. Неспособность серой массы заглянуть за пределы собственного загона – залог нашей безопасности.
Этим-то мы от них и отличаемся. Из нас вышел бы превосходный частный детектив. Мы способны видеть то, что скрыто за очевидностью. Мы бы не гадали на кофейной гуще. Именно по этой причине нам нравится Шерлок Холмс: мы с ним очень похожи. Тот же разящий интеллект, та же готовность сделать все необходимое, чтобы получить желаемое. Был ли Шерлок Холмс человеком приятным для людей? Скорее напротив. И тем не менее они им восхищаются, поскольку он призывал к ответу плохих. Для нас важно другое. Не то, как он наказывал преступников, а то, как он это делал. Мы бы точно так же восхищались им в том случае, если бы его цели были противоположны. Возможно, восхищались бы даже больше. Ведь чтобы разорвать узы, которыми связывает нас общество, требуется куда более сильный характер. Мы-то знаем об этом не понаслышке.
Убить мать было нелегко. Нам потребовалось собрать в кулак всю волю, чтобы убедиться в том, что это правильное решение. Что нашу дорогую мать нужно освободить. В случае с Джимом понадобились силы иного рода, поскольку существовал шанс, что нас разоблачат.
В точности как сейчас. Но мы не позволим обстоятельствам возобладать над нами. Мы не имеем на это права. У нас нет выбора. Мы действуем во благо Анны.
Мы закрываем входную дверь. Привычный скрип. Можно было давным-давно смазать ее, но мы предпочитаем этот звук. Он предупреждает нас о неожиданных визитах. Из тайника доносится шум. Она борется. Наверное, уже сообразила, что смерть близко и ничего с этим не поделать. Должно быть, ужасно это осознавать. Тем скорее следует положить конец ее мучениям.
Какая, в сущности, замечательная штука этот «тайник священника». Чудо архитектурной мысли. Много веков назад он спасал человеческие жизни, пряча людей от желающих их убить. Охотники были хорошими следопытами и знали, в каких домах могут иметься тайники, но этот они так и не нашли. Вроде бы ничего необычного: фальшивая стенка внутри дымохода. Нам рассказывали, что жильцы специально разводили огонь в камине, чтобы показать, что там ничего нет и быть не может. Тайник был сконструирован таким образом, чтобы священник мог перетерпеть жар и дым.
Ну в большинстве случаев, по крайней мере.
