Исчезнувшая дочь полностью

Физически же она была в порядке. Бедро и спина еще немного побаливали, но заживали хорошо. С рукой же было хуже. Ей сделали уже три операции, и сейчас в кисти металла было куда больше, чем костей. По ночам рука сильно болела, но спать Джулии мешала не эта боль, с ней-то она уже сроднилась.

Она просто не спала, и все.

– Как там папа? – спросила Джулия. – Вы хорошо провели время?

– Хорошо, – ответила дочь, плюхаясь на диван. – Мы смотрели «Беламори».

– Кушать хочешь?

– Не-а. Мы с ним ели печенье.

– Ну, конечно. Печенье.

Пожалуй, на одну только Анну случившееся никак не повлияло. Она несколько раз спрашивала, куда пропала бабушка, но удовлетворялась объяснениями, что бабушка отправилась в путешествие и вернется не скоро. Она заинтересовалась ранами Джулии, но не тем, как мать их получила. Джулия знала, что со временем она должна будет все объяснить дочери, когда та станет старше. Но это будет потом.

– Ладно, – сказала Джулия. – Я пойду сделаю себе чаю. Вернусь через минутку.

Зайдя на кухню, включила чайник. На стойке валялась раскрытая воскресная газета, которую Джулия читала в тот момент, когда Брайан привез Анну.

«ЭДНА КРАУН ДО СИХ ПОР НА СВОБОДЕ!

История современного лорда Лукана еще на закончилась. Сбежавшая убийца и похитительница Эдна Краун до сих пор находится на свободе.

Прошел уже месяц после ее исчезновения, а полиция до сих пор не напала на след.

Нам неясно, почему, обладая всеми теми ресурсами, которые имеются в их распоряжении, полицейские не в состоянии отыскать доктора Эдну Краун, похитившую собственную внучку, а затем попытавшуюся убить мать девочки, свою невестку Джулию Краун. Немыслимо, что женщина смогла исчезнуть, учитывая современный пограничный контроль и сотрудничество силовых органов различных стран.

Высказывалось предположение, что Эдна Краун покончила жизнь самоубийством, не желая отвечать за содеянное. В последнее время эта гипотеза выглядит все более и более правдоподобной».

Джулия отложила газету. Ей очень хотелось, чтобы Эдну нашли. Чтобы можно было обрести уверенность в том, что та не бродит поблизости, высматривая Джулию и Анну. Только после этого Джулия смогла бы спать спокойно. А пока… Пока ей придется нелегко.

Она хотела, чтобы Эдну наконец обнаружили, живую или мертвую. Джулия взглянула на Анну, сидевшую на диване по-турецки и листавшую книжку про гномов.

«Лучше мертвую, – подумала она. – Мертвую. Лишь тогда все закончится».

Мы стоим на пляже, под нашими обнаженными ступнями – теплый песок, перед нами – заходящее солнце. Мы смотрим в океанскую даль.

Мы убежали. У нас был план. Разумеется, на такой случай у нас был план. Сумка с вещами, наличные (доллары, бывшие в употреблении), два паспорта на различные имена – один американский, другой канадский.

Американку звали Бет Пауэрс, почтенную канадку – Нэнси Оулетт. Обоими паспортами пользовались в течение нескольких лет. Бет оказалась фанаткой Патагонии, где население одного небольшого городка знало ее как врача, время от времени к ним наезжающего. Нэнси предпочитала Таиланд, где помогала в одной местной клинике.

В этой клинике она и провела последние три месяца. И ни в чем не была замешана. У нее короткие, совершенно седые волосы. Зеленые глаза прячутся за толстыми линзами очков. Она совершенно не похожа на Эдну Краун. Просто удивительно, как, изменив всего несколько деталей, можно стать абсолютно неузнаваемой.

В клинике ей были рады. Прекрасный врач согласился работать за минимальную зарплату. Ровно столько, чтобы она не думала, что облагодетельствовала жителей этого городка.

Мы счастливы, что позаботились выдумать Бет и Нэнси и снабдить их документами до 9/11: тогда с этими штучками было попроще. Сейчас, чтобы получить паспорт, свидетельство о рождении и диплом о медицинском образовании, пришлось бы попотеть. Хотя мы бы все равно справились. Всегда найдется лазейка.