Селена хихикнула, но в её лице вдруг проступила серьёзность. Она отошла к письменному столику, достала перо и сделала пометку в блокноте.
— Передай ему, что я приду. Сегодня вечером, в девять, в северной части сада. Там, где растут белые розы. Я прослежу, чтобы нас никто не побеспокоил.
Она посмотрела на него уже совсем по-другому — спокойно, почти благоговейно, как будто перестала видеть в нём простого призрака и теперь относилась к нему как к равному.
— И в следующий раз обязательно стучи в дверь. Даже если ты призрак, — добавила она с лёгкой усмешкой. — Особенно если я снова буду в ванной.
Елисей молча кивнул, покраснев до корней волос, и поспешно растворился в воздухе, стараясь не задеть ничего перед уходом.
Я только начал наслаждаться редким моментом спокойствия и пытался выдавить из местного кресла хоть какое-то подобие комфорта, как в дверь постучали. Аккуратно, с паузами. Знаете, так обычно стучат либо дворецкие, либо киллеры с хорошими манерами. Надеюсь, это был первый вариант.
— Входите, — сказал я, поправляя постиранную за ночь футболку.
Дверь отворилась, и на пороге появился мужчина в аккуратной, почти стерильной одежде и с абсолютно непроницаемым выражением лица. Такого встретишь на улице — и тут же забудешь.
— Простите за беспокойство, — начал он тоном, которым обычно зачитывают приговор. — Меня зовут Лоренц. Я представляю интересы господина Пересветова.
А вот подвалило предложение, от которого невозможно отказаться.
— Неожиданно… — соврал я, не моргнув взглядом. — Что же понадобилось уважаемому господину Пересветову от столь скромного мага?
— Вопрос действительно очень серьёзный, — вежливо произнёс он. — Один человек, Раут Скрытный, представляет реальную угрозу стабильности баронства. Он долгое время скрывался в глуши, но теперь объявился с вооружённой бандой. По нашим данным, он грабит обозы, скрывает у себя беглых преступников и, возможно, сотрудничает с контрабандистами.
Я нахмурился, а он, не теряя ни доли хладнокровия, продолжил:
— Этот человек отказывается признавать власть баронства, удерживает стратегически важную землю и игнорирует все попытки мирных переговоров. По сути, мы имеем дело с потенциальным зачинщиком мятежа. Баронство не может позволить себе подобные риски. Поэтому… — он сделал едва заметную паузу, — мы обращаемся к вашей группе с просьбой оказать содействие в урегулировании конфликта. В максимально мирной форме, разумеется.
— Мирной? — переспросил я с иронией. — Интересно, как вы вообще себе это представляете.
— Насколько мне известно, в вашей группе состоит Верховная жрица богини Аврелии, — пояснил Лоренц. — А Раут Скрытный, по нашим сведениям, является её яростным почитателем. Мы надеялись, что её присутствие сможет… смягчить его позиции.
— Верующие разбойники… — хмыкнул я. — Весело…
— Вам будет предоставлена полная свобода действий. Разумеется, не без щедрой компенсации, — добавил он с лёгкой полуулыбкой, — к тому же господин Пересветов обязуется решить проблему вашего чернокнижника. По крайней мере, в этом городе.
Я уже открыл рот, чтобы ответить Лоренцу, как вдруг дверь распахнулась с такой силой, будто её открыли мощным ударом ноги. В комнату ворвался один из стражников — бледный, как мел, с глазами, в которых застыло нечто между паникой и непониманием. Казалось, он был в двух шагах от того, чтобы начать биться в истерике.
Он переводил дыхание, уставился прямо на меня и, судорожно сглотнув, выпалил:
— Вы… вы ведь некромант, да? Я обратился к господину Рудгарду, а он послал к вам!
— Нууу… ну да, наверное, — протянул я с осторожным прищуром. — А что случилось?
— Призрак! — выпалил он. — В замке объявился призрак! И… — он на миг замялся, судорожно перебирая слова, — и, похоже… он пробрался внутрь, чтобы… подглядывать за нашими женщинами!
Повисла пауза.
Каменные ступени подвального коридора были холодны и покрыты тонким слоем пыли, в которой эхом отражались шаги. Стражник нервно поглядывал на меня, будто боялся, что я передумаю идти или, что еще хуже, призову сюда еще парочку призраков, просто для веселья. Некроманты постарались, чтобы окончательно испортить себе репутацию.
Мне же, если честно, мне было слегка неловко. Не каждый же день тебе сообщают, что твой призрак, в которого ты вкладывал надежды как в будущего топ-лича-мага смерти, вместо выполнения задания устроил по замку «тур вуайериста». Я, конечно, всё понимаю — подросток, гормоны (какие бы они у него не были), призрачная невидимость… да и сам бы, может, не удержался в его положении. Но, ёлки, ну делай ты это в нерабочее время! А то отправили по важному поручению, а он за бабами пошел подсматривать. Никакой дисциплины, мать её.
