– Хотите сказать, – усмехнулась я, – если я ошибусь, то сама буду в этом виновата?
– Примерно.
– А у Летневых нет телохранителей?
– Нет.
– Почему? У них что, не хватает денег?
– Мы не обсуждали этот вопрос, а потом, Аркадий и сам может за себя постоять. Вы в этом вчера убедились.
– Да, – согласилась я, – никогда бы не подумала, что он на такое способен. Где он научился так… защищаться?
– Когда-то он служил в спецвойсках. Сейчас ходит в спортзал, когда находит время.
– Значит, Летнева не слишком-то волнуют эти звонки?
Хмельницкий молча пожал плечами и плеснул себе еще коньяка.
– А его жену?
– Наверное, об этом вам лучше спросить у Кристины.
– Может, вы и правы, – задумчиво произнесла я. – Вы ведь друзья, не так ли?
Что-то дрогнуло в лице Хмельницкого. Может, это было непроизвольное движение? Если бы я могла видеть его глаза, которые он скрывал за темными стеклами очков, я сказала бы определеннее.
– Мы встречаемся время от времени, – закашлявшись, ответил он.
Мне показалось, что тут что-то нечисто, и я продолжала давить в этом направлении.
– Вы ходите друг к другу в гости?
– Какое это имеет отношение к отравлению? – Всеволод снова поднял брови над очками.
– Иногда сам не знаешь, что к чему имеет отношение, – вдумчиво сказала я, – а потом, складываешь один и один и получаешь в результате три. Тогда начинаешь искать ошибку. Так вы часто встречаетесь с Аркадием?
– Примерно раз в неделю, – Всеволод поднял рюмку и снова принялся смаковать коньяк.
– А с Кристиной?
– Что с Кристиной? – Хмельницкий сделал вид, что не понял меня.
Я молча смотрела на него.
– Только в компании с мужем, – после минутного молчания ответил он, – если вы это имеете в виду.
– Она вам нравится?
– У нее есть деловая хватка, – кивнул Всеволод.
– А как женщина? Она ведь довольно хорошо сохранилась для своего возраста.
– Вы, наверное, считаете меня беспринципным человеком, если задаете такие вопросы, – медленно проговорил Хмельницкий. – Но я вам отвечу совершенно без обиды. Во-первых, мне нравятся более молодые женщины. Но даже у молодой женщины, кроме тела, должна быть еще и голова. Как у вас, например, – он плотоядно улыбнулся. – А во-вторых, у мужчины, если он не просто самец, должны быть внутренние ограничения, своего рода табу, если хотите. Так вот, жена друга и является таким табу.
– А если бы Кристина не была женой вашего друга?
– Гипотетические вопросы вроде вашего имеют право на существование только в авантюрных или детективных романах, – как-то скованно произнес Хмельницкий, – а в жизни есть только то, что существует в реальности. А реальность такова, что Кристина – жена моего друга, и я ее даже не рассматриваю, как потенциальную любовницу.
– Но согласитесь, – не унималась я, – как женщина она очень хороша. Женщина-вамп и не дура, как я поняла из ваших слов.
– А вы опасная женщина, – воскликнул Хмельницкий, откинувшись на спинку кресла и рассмеявшись, – в вас есть что-то инфернальное. Так рассказать о женщине, что я даже заинтересовался ею. Но еще больше меня заинтриговали вы сами, – произнес он уже более спокойно. – Мы могли бы встретиться как-нибудь и неплохо пообщаться. Что вы на это скажете?
– Скажу, что у меня тоже есть свои табу, – я встала и направилась к выходу. – Не могли бы вы мне сказать, – вспомнила я, – где живут и работают Летневы?
– Конечно, – Хмельницкий, который собирался встать, чтобы проводить меня, опустился за стол и, вынув из стопки бумаги цветной листочек для записей, стал торопливо писать. – Вот, пожалуйста, – он протянул мне листок. – Давайте хотя бы пообедаем.
– Давайте, – кивнула я, – только порознь.
– Вы мне нравитесь все больше и больше, – скривил губы в сладострастной ухмылке Хмельницкий. – Не люблю женщин, которые сдаются сразу.
– Как, например, Маринка? – поддела я его и шагнула к двери.
– Марина замечательная девушка, – серьезно сказал Всеволод, – только с ней не о чем разговаривать.
– Почему же, – возразила я, – она очень неплохо разбирается в моде. А вы снимаете когда-нибудь очки?
– Когда ложусь спать.
– Тогда я, наверное, никогда не увижу ваших глаз.
– Еще когда протираю стекла, – поспешил добавить он, потому что я уже взялась за ручку двери.
– Спасибо, Всеволод Александрович.
– Ну что вы, – осклабился он, – беседа с вами оказалась одной из моих радостей. Сожалею, что вчера мы не смогли толком пообщаться. И называйте меня Всеволодом или просто Севой, я не обижусь.
– Хорошо, Сева, – усмехнулась я, – пока.
Фраза насчет обеда, оброненная Севой, напомнила мне о версии Кряжимского. А что, если яд действительно попал в рюмку Аркадия Васильевича случайно? То есть он с таким же успехом мог оказаться и в моем бокале. Нужно было выяснить это. Я села в машину и отправилась в «Триумфальную арку».
Оставив пальто в гардеробе, я вошла в зал. Там было не так много народу, как вечером – половина столиков была свободна. Я заняла тот же столик, что и вчера, и ко мне сразу же подошел официант. Не Серж.
– А Серж сегодня не работает? – поинтересовалась я.
