Ищи врагов среди друзей полностью

Летние ночи коротки, и тому, кто хочет успеть закончить свои дела до рассвета, следует поторапливаться. Небо на востоке наливалось бледным предрассветным сиянием, уличные фонари гасли один за другим, и кое-где в окнах загорелся свет – ранние пташки торопливо поглощали свой завтрак, готовясь выпорхнуть из гнездышек.

Мужчины в салоне большого японского джипа, стоявшего у края тротуара, сильно нервничали. Двое молодых парней на переднем сиденье то и дело беспокойно ерзали, поглядывая на часы. Водитель несколько раз доставал из кармана сигаретную пачку, но закурить так и не решился: хозяин не любил, когда в машине дымили его люди. В очередной раз повертев пачку в руках, водитель со вздохом затолкал ее в нагрудный карман светлой рубашки и обреченно откинулся на спинку сиденья. С самого начала все пошло наперекосяк, и он затылком ощущал волны недовольства, исходившие с заднего сиденья.

Сидевший позади немолодой крупный человек с фигурой кадрового военного и твердым, словно высеченным из камня, лицом, неторопливо набил большую английскую трубку, чиркнул колесиком зажигалки, и по салону поплыли ленивые клубы ароматного дыма. Водитель незаметно потянул носом и словно невзначай побарабанил пальцами по твердой крышечке сигаретной пачки, торчавшей из нагрудного кармана. Его сосед поерзал, зачем-то взял трубку сотового телефона и бесцельно повертел ее в пальцах.

– Позвони еще раз, Павел, – сказал человек с заднего сиденья, попыхивая трубкой с таким видом, словно вовсе не волновался. Он никогда не употреблял уменьшительных имен и тем более кличек и всегда, насколько это было известно работавшим на него людям, сохранял спокойствие и вежливый тон. – Право, это уже переходит всякие границы.

Круглоголовый Павел, прозванный из-за своего огромного черепа Шурупом, торопливо набрал номер, вдавливая кнопки большим пальцем. Он был рад сделать хоть что-нибудь: ожидание становилось невыносимым, а вежливый тон хозяина вовсе не означал, что все нормально. Как-то раз Шуруп своими глазами видел, как хозяин, не прерывая разговора, вынул пистолет и застрелил собеседника. Фразу он закончил, уже обращаясь к свежему трупу и убирая дымящийся пистолет обратно в карман. Это было впечатляюще, и с тех пор Паша Шуруп относился к своему работодателю с опасливым восхищением.

Набрав номер, Шуруп прижал трубку к уху и почесал переносицу согнутым указательным пальцем.

Он нервничал, и не только из-за недовольства хозяина. Лежавшие в багажном отсеке джипа деревянные ящики, выкрашенные в защитный цвет, вызывали у него сильнейшее беспокойство вместе с острым желанием поскорее закончить дело. Шуруп не знал, что в них, и знать не хотел, но они были чертовски тяжелыми, и в голову поневоле лезли догадки о том, что точно в таких же ящиках обычно хранят и перевозят стрелковое оружие.

Наконец ему ответили.

– Гараж?! – с напором сказал он в трубку. – Узнал? Ну, и что ты мне скажешь? Что значит – в чем дело? Не знаешь? Это я тебя спрашиваю, в чем дело! Автобус где? Ты на часы смотрел? Да? И что увидел? Что?.. Когда-когда? Ну и где он? Ну, козлы…

Работнички, мать вашу…

Он раздраженно сунул трубку на место и повернулся к хозяину, который с безразличным видом смотрел в окно, попыхивая трубкой.

– Ну, что? – спросил хозяин, не вынимая трубки изо рта.

– Автобус выехал час назад, – растерянно доложил Шуруп. – В гараже клянутся, что он уже должен быть на месте.

– Ах, они клянутся… – с непонятной интонацией сказал хозяин, по-прежнему глядя в окно. – Курите, ребята, не стесняйтесь. Кури, Дмитрий, – обратился он к водителю, – я же вижу, что тебе хочется.

– Спасибо, Владлен Михайлович, – откликнулся тот, с удовольствием закуривая. Казавшийся в предрассветных сумерках совсем белым сигаретный дым струйкой потек в открытое окно.

Шуруп взял у водителя пачку и тоже закурил, старательно отгоняя мысль о лежавших в багажнике ящиках. Рука его невольно скользнула за отворот светлого летнего пиджака и коснулась рукояти пистолета. Шуруп с неудовольствием подумал о том, что ему еще долго придется париться в пиджаке – всю дорогу, да такую, черт бы ее побрал, неблизкую… Конечно, в автобусе кондиционер, но пекло стоит просто адское, а под маечкой «ТТ» никак не спрячешь.

Они успели выкурить по две сигареты, прежде чем из-за угла неторопливо, как океанский лайнер, вывернул двухэтажный туристский автобус. Сияя разноцветными лампочками, поблескивая серебристо-голубыми бортами и тонированными стеклами окон, автобус медленно прокатился мимо джипа и остановился рядом, шумно вздохнув пневматическими тормозами и сверкнув рубиновыми огнями стоп-сигналов.

– Ноги повыдираю, – сквозь зубы процедил Шуруп, с ненавистью глядя в высоченную разрисованную корму, заслонившую обзор.

– Спокойнее, Павел, – подал голос Владлен Михайлович. – Побереги нервы, они тебе еще пригодятся. Подгоняй машину, Дмитрий.