– Мама... – тихо проговорил Свечников и больше ничего проговорить не смог, потому что незнакомец вдруг хищно опустился на колени, рванул Свечникова за седовато-пегие волосы и, запрокинув ему голову, приник губами к запульсировавшей синей жилке на его шее – будто бы для страстного поцелуя, но на самом деле, вонзая в плоть главного редактора лучшей в регионе газеты «Таежные новости» длинные острые клыки.
Шофер оглянулся и увидел редактора, поднимающегося на насыпь.
– Скоро у тебя готово будет? – издали еще крикнул редактор.
– Скоро, скоро... – проворчал шофер, – полчаса еще...
– А можешь не торопиться, – проговорил редактор Свечников, закуривая.
– Почему? – изумился шофер, немедленно вынырнув из багажника.
– А потому что я решил не улетать из Москвы, – пояснил Свечников и покосился на какие-то темные пятна у себя на брюках, – вляпался куда-то в темноте... – с досадой проговорил он.
– Как это – не лететь?.. – все не мог поверить шофер. – Вас же приглашали... На конференцию. А вы ведь... главный редактор... в городе Таежный. Лучшая в регионе газета... «Таежные новости»...
– Мало ли что, – спокойно покуривая, проговорил Свечников, – у меня много дел в столице. А родной город и газета подождут.
– Н-ну... – выговорил шофер и снова склонился над открытым багажником – он искал там какой-то инструмент.
Свечников обошел вокруг машины и снова остановился позади шофера. Шофер никак не мог найти нужный ему инструмент и нервничал поэтому, но еще больше нервничал оттого, что редактор, внезапно решивший не лететь в родной город, безмолвно стоит у него над душой.
Отыскав, наконец, то, что ему было нужно, шофер выпрямился и окаменел от внезапного ужаса – прямо на него шел, раскинув руки, редактор Свечников – но не тот болтливый старик, который брюзжал всю дорогу от дома отдыха, а совершенно преобразившийся Свечников – седые волосы растрепались вокруг его головы на манер неряшливого нимба, глаза сузились и глубокие тени легли под ними, а из широко открытого рта торчали два совсем звериных клыка.
Шофер задохнулся и вместо крика из его глотки вырвался тонкий писк. Он отступил назад, но наткнувшись на задний бампер, упал на колени. Попытался встать, но ноги, очевидно, совсем не слушались его – шофер, всхлипывая и подвывая от непереносимого ужаса, прополз несколько шагов в сторону схода с насыпи.
Редактор Свечников несколько мгновений, словно колеблясь, стоял на месте, потом, неуклюже размахивая руками, точно крыльями, ринулся вдогонку за ползущим человеком и, настигнув его, коршуном упал вниз.
Даша отправилась домой отдыхать от приключившихся за сегодняшнее утро безобразий, а меня Васик пригласил – надо сказать, довольно настойчиво – выпить с ним чашечку кофе в ближайшем кафе.
– Не хотелось при Даше говорить, – начал Васик, как только мы уселись за столик, – но... у меня к тебе еще один разговор. Не разговор, вернее, а... продолжения того, что я тебе, так сказать, поведал.
– Да, – сказала я, – слушаю. Только у меня вопрос к тебе. Можно?
Васик кивнул, разрешая.
– Как ты сам определяешь для себя причину ухода Нины? – спросила я.
– Да никак! – поморщившись, воскликнул Васик. – Я же тебе говорил уже! Никак и все! Не было никаких объективных причин. Она ушла и все. Вот тут-то самое загадочное... Вроде мы не ссорились... Ну, я говорил тебе... Боюсь, что не смогу объяснить так, как надо... Она себя вела в последнее время как-то... Черт возьми... Вроде так, а вроде и не так... Я чувствовал, что что-то случилось, а объяснить этого не мог – даже для себя. Спрашиваю у нее – в чем дело, а она глазами хлопает – как бы не понимает, о чем речь...
Васик вздохнул и замолчал.
Я тоже молчала. Не знала, что и думать. Внезапный уход Нины от Васика для меня тоже был загадочен. Ведь, как говорил сам Васик, для этого не было никаких оснований. Вечно вот с этой парочкой какие-то проблемы... Но сейчас они сами себя переплюнули. Если Нина не вернется в скором времени, то... даже не знаю. Она ведь тоже девушка не простая. С ее-то прошлым...
Я вспомнила, как мы с Васиком вот так же сидели за чашечкой кофе, а он рассказывал мне о своей первой и последней любви – Нине. И просил помощи. Нина тогда вовсе не обращала на него внимания – по той причине, что была замужем за человеком, который был фактически уже мертв, хотя все еще числился в списках живых – номинально...
– И дальше что? – проговорила я тогда. – Что ты там увидел?
– Ее, – тоскливо протянул Васик и откинулся на спинку кресла, – она мне на вечер встречу назначила, а потом отменила, сказав, что задержится на работе. Ну, я подумал – подожду ее, сюрприз устрою. Букет огромный купил. Всю ночь ей звонил, понимаешь, не было ее дома. Потом к подъезду подъехал утром и ждал, ждал... Ну, а когда время уже к обеду – смотрю, она идет. Счастливая такая – сумочкой помахивает... Косметика на лице свежая... – он вздохнул, – а блузка чуть помята – пониже ключицы две параллельные складочки.
Васик замолчал и мрачно уставился на дно кофейной чашечки.
