– Тогда идите на четвертый этаж, там вам все сделают. Ко мне возвращаться не надо. Как только результаты будут готовы, я позвоню, – сказал громко врач Малахову.
– Хорошо, Павел Анатольевич, – кивнул Дима, держа в руках какие-то бумаги. Он обернулся к девушке и сказал: – Светик, подожди меня здесь, я скоро.
Она кивнула. Дима быстро ушел. А Светлана торопливо поднялась на ноги и подошла к врачу.
– Здравствуйте. Могу я с вами поговорить? – спросила она. – О Дмитрии.
– Вы его родственница? – поинтересовался он, внимательно оглядывая девушку.
– Невеста. Я хотела узнать, что с ним? Его нога, ее можно вылечить?
– Мы делаем все, что возможно. Но болезнь прогрессирует. Хорошо бы обеспечить Дмитрию спокойствие на ближайшие месяцы. Психологическое спокойствие я имею в виду. Не беспокоить по мелочам, следить, чтобы он не расстраивался.
– Да, понимаю, я постараюсь, – кивнула Света.
– Если так, тогда, возможно, он и проживет еще полгода или год.
– Полгода? – охнула она в ужасе. Самые страшные ее предположения подтвердились. – У него рак?
– Да, – кивнул ложный врач.
Павел отчетливо помнил, что надо говорить девушке. И как ему велел Малахов. Но сейчас он решил немного поменять диагноз Малахова, чтобы он выглядел более реалистично и даже трагично.
– Но что-то можно еще сделать? – спросила она, ее голос дрожал.
– Я говорил уже Дмитрию, только операция может остановить болезнь. Если вырезать клетки возбудители, может быть, и удастся излечить его. Но очередь на операцию несколько лет.
– Это очередь на бесплатную? – догадалась она. – А платная?
– О, девушка, это очень и очень дорого, – поморщился Паша, продолжая нагнетать и играть роль. – И делают только за границей. Несколько миллионов такая стоит.
– А у нас в России делают?
– Делают некоторые специалисты, и стоит, конечно, дешевле. У нас в больнице есть очень перспективный хирург, он берется за такие операции.
– И сколько у него стоит операция? Дешевле же, чем за границей?
– Конечно, дешевле. Но точную цену не могу вам сказать, – заявил Павел.
Разговор принял неожиданный оборот. И молодой человек напрягся. Малахов не говорил, что отвечать в этом случае. Просто надо было убедить девушку, что он смертельно болен и все. Про операцию Паша уже, конечно, придумал сам, для красного словца, чтобы выглядеть убедительнее. И вот сейчас она задавала эти неожиданные вопросы.
– А вы могли бы узнать точнее стоимость операции? У меня есть небольшие сбережения. Я бы могла перевести их в вашу больницу. Чтобы Диму прооперировали платно и как можно скорее.
– Давайте я все узнаю и вам перезвоню. Как вас зовут?
– Да-да, конечно. Светлана, записывайте номер, – закивала девушка, нервно кусая губы.
Она продиктовала.
– Все. Обязательно перезвоню вам, – заверил Паша.
– Но, наверное, у этого вашего перспективного хирурга большая очередь?
– Наверняка есть. Но думаю, что я смогу договориться с ним, чтобы Дмитрия прооперировали в ближайшее время. Только нужны деньги.
– Я поняла. Тогда жду от вас звонка. Только, пожалуйста, не говорите о нашем разговоре Диме, а то он откажется еще. Не станет брать у меня деньги.
– Как скажете. Ничего ему не скажу. Но потом все равно надо будет его уведовить.
– Конечно. Когда обо всем договоримся про операцию, я сама ему скажу.
– Ты че, Пашка, спятил? Какой рак? И что еще за деньги? – выпалил Малахов в телефон, едва Павел рассказал о том, как поговорил с девушкой.
В этот момент Дима со Светой находились на очередном выступлении. И Дед Мороз в исполнении Малахова «уехал» из зала за подарками на Северный полюс. Как раз позвонил Паша доложить обо всем, и Дмитрий, стоя за приоткрытой дверью в зал, старался говорить тише. Но все равно не мог сдержать возмущения от поступка друга.
– И что я должен теперь ей сказать? – нервно выпалил Павел в трубку.
– Не знаю! Нахрена ты ей про операцию начал втирать? – раздался в ответ раздраженный голос Малахова. – Да еще про деньги какие-то? Я ж просил только про то, что я сильно болен, и все!
– Так получилась, Дима, – бубнил Паша в телефон. – Не смог остановиться. И вообще, я не врач и не нанимался изображать его!
– Вижу, что не врач, наплел всякой ерунды! Какой еще рак коленки?! Бред какой-то. И как она в такую хрень только поверила?!
– Не нравится, делай сам! – огрызнулся друг. – Это твоя дурацкая затея. Я всего лишь практикант шестого курса!
– Ладно, не кипятись, – попытался успокоить друга Дима и добавил: – Знаешь, я, кажется, придумал, как все исправить.
– Даже боюсь предположить как! Наверняка еще какая-нибудь бредовая мысль осенила…
– Да успокойся ты, все под контролем, – заверил Малахов. – Короче, скажешь ей, что операция очень дорогая, около трехсот тысяч стоит. Понял? У нее таких денег нет, она ничего и не будет переводить якобы на мое лечение. И операции не будет.
– А если она найдет деньги?
– Ага, откуда? У нее даже на новую юбку денег нет.
– Почку продаст ради тебя, Малахов, – пошутил зло Паша.
– Тупая шутка, – процедил Дима. – Попросил тебя один раз в жизни, и то все испортил!
– Тогда сам и говори ей все! Я больше не буду, – взбеленился Павел, обидевшись.
