– Я бы сказал, эти кузены не прочь были бы, если бы и два других брата отправились на тот свет вслед за Хьюбертом, – проскрипел второй старик. – Не удивлюсь, если вскоре с Гервезом произойдет нечастный случай где-нибудь в окрестных лесах.
Старики у очага яростно заспорили между собой, кто-то поливал грязью кузенов, кто-то вступался за них; как бы там ни было, ничего полезного для расследования Томас от них больше не услышал. Он плотнее завернулся в монашеские одеяния и приготовился ко сну.
Пока писарь бродил по холодным просторам Дартмура, сэр Джон занимался тем, что укреплял начавшие улучшаться отношения с женой. Как и предсказывала служанка, предыдущим вечером дверь в спальные покои оказалась незапертой, и он смог вернуться на законное место на супружеском ложе, пусть даже ему и пришлось спать на самом краю, как можно дальше от жены.
На следующий вечер он вернулся домой довольно рано. День ушел на то, чтобы присутствовать на трех повешениях и провести дознание по поводу ребенка, утонувшего в колодце в Сент-Сайдвелл. Сидевшая у огня Матильда приветствовала его сдержанно, но вежливо. Джон осторожно начал нейтральную беседу о пожертвовании, которое она намеревалась передать попечителю ее любимой церкви Святого Олава. Джон полагал, что ее неизбывное стремление демонстрировать набожность и приверженность церкви по любому случаю была, скорее, данью социальным условностям, не имея никакого отношения к ее искренним верованиям, но ради восстановления мира в семье он готов был пожертвовать деньги даже в пользу любимой мечети Саладина. К тому времени, когда Мэри внесла в комнату ужин, они с женой разговаривали слегка напряженно, однако, тем не менее, вполне вежливо.
Поскольку дела, казалось, шли на лад быстрыми темпами, Джон решил внести очередной вклад в укрепление отношений, спросив мнение Матильды о его текущем расследовании. Он поведал ей обо всем, что произошло за последнюю неделю или чуть больше, старательно избегая любых критических замечаний в адрес ее брата.
– По крайней мере, нам удалось выяснить имена двух покойников – это старший сын норманнского лорда и его сквайр, оба недавно вернулись из Святой земли. Но до сих пор непонятно, что стало причиной их смерти.
Квадратное лицо супруги обратилось к горящему очагу, словно она искала откровений в языках пламени.
– Как тебе кажется, Джон, это дело рук одного человека? – спросила она со сдержанной вежливостью под стать его собственным осторожным репликам.
Он наклонился вперед на стуле с балдахином, обеими ладонями держа стакан с разбавленным вином.
– Одно могу сказать наверняка: не одного человека, а нескольких. На обоих напала по крайней мере, пара негодяев. Раны в обоих случаях в определенной степени одинаковы. Например, обоих ударили ножом в спину. С другой стороны, это настолько обычный способ убийства, что, по сути, одинаковость для нас ничего не значит. Одному перерезали горло, на другом была рана, которую обычно можно получить в схватке на мечах.
– И о чем это говорит?
– Боюсь, почти ни о чем, – с сожалением признал Джон. Матильда плотнее завернула ноги в подол толстой юбки, потому что по полу пополз поток холодного воздуха из-за разгулявшегося снаружи восточного ветра.
– Если рыцарь и сквайр путешествовали вместе, я еще могла бы подумать, что они стали жертвами случайного нападения или ограбления, – осторожно заметила она. – Но два человека, угодивших в засаду в разных местах с промежутком в две недели? Слишком странно, чтобы быть простым совпадением.
– Вот и я то же самое думаю, – подхватил Джон, внутренне радуясь тому, что может хоть в чем-то согласиться с женой. Если ему придется жить с ней и дальше – а любая альтернатива влекла за собой слишком много тяжелых последствий, – то стоит, пожалуй, избежать традиционных каждодневных пререканий.
– А кому было известно, что они отправляются на запад из Саутгемптона? – задала она вопрос; в ее обширной груди зашевелилась детективная лихорадка.
– Да мало ли кто? Те, кто вместе с ним возвращался из Палестины, например, – медленно принялся перечислять он. – Наш старый знакомый Небба, который возникает на каждом углу. Алан Фитцхай опять же.
Жена сложила руки на груди:
– Этот твой Фитцхай, мне кажется, наиболее вероятный кандидат. Он сам признался, что повздорил с де Бонвиллем; кроме того, нет никаких сведений, кроме его собственных слов, о том, когда он пустился в обратный путь из Плимута. А оттуда до Вайдкоума, кстати, рукой подать.
Коронер закивал головой, хотя внутренне он упрямо продолжал считать, с некоторой алогичностью, что Алан Фитцхай – не тот человек, который им нужен.
– Совершенно верно, он мог оказаться в нужном месте, чтобы убить де Бонвилля, – но если убийства хозяина и сквайра связаны между собой, тогда он ни при чем, потому что не мог находиться в районе Хеквуд-Тор в то время; мы знаем, что его видели в Саутгемптоне.
Матильда с таким же упрямством не желала отказываться от собственной теории.
