Девушка фыркнула, но правоту его слов признала. Дом Бена был из тех пафосных мест, где совет и правда имел силу и власть. Гордо вскинув голову, она прошла мимо. Не сбрасывая туфель, от которых ноги немилосердно гудели. Хотелось быть хоть чуть-чуть выше, чем она была на самом деле. Во всех смыслах.
- Ну и что на тебя нашло? - хмуро спросил Бен, не предлагая девушке кофе. Оперся о стенку, скрестил руки и неприветливо посмотрел. Щека горела от её пощечины довольно ощутимо.
Невольно отметил, что из украшений на ней был лишь его подарок, и что-то внутри толкнуло его. Она все ещё носила напоминание о нем. Все еще не забыла.
- Как ты мог выставить меня на посмешище? - все так же зло спросила Рей. Никакой уставший, потрёпанный вид её гения Рей не остановил. Она была глубоко внутри потрясена тем, как удивительно растерянным выглядел этот всегда уверенный в себе мужчина, но даже удивление было не способно поглотить гнев. В конце концов, это был его выбор - не бриться, забраться в свою работу и раствориться в ней. Ради этого она сама его отпустила. - Все газеты цитируют тебя и называют меня автором слащавой книжонки. Как? Ты знал, как много она значит для меня. Зачем?!
“А ты знала, как много значат для меня наши отношения, и что? Тебе ничего не помешало целоваться с Финном или сказать “нет” на вопрос о нас”, - неожиданно зло подумал Бен, отворачиваясь. Сжал кулаки. Он столько учился контролировать свой гнев, и сейчас так не хотелось сорваться.
- Или что, Бен, пока я писала её, сидя у твоих ног, она была классной, а теперь ты, видите ли, недоволен?
- Знаешь, ты не думала, что мне все это не нравится? Эта шумиха вокруг того, чем я занимаюсь, этот твой Кайло Рен? - он презрительно скривился, и его слова были такими ядовитыми. - Не думала, что я не хотел, чтобы о подробностях моей жизни трепались все? Нет, не приходило в голову? Ты взяла меня за образ для своего суперперсонажа и теперь обиделась, что написала его слащаво и неестественно? Да, Рей, слащаво.
- Ты не хотел эту книгу? Ты? - Рей зло сощурилась. - Что ты несешь, Бен? Ты мне ещё советы давал, как правильно писать, а теперь…
- Что теперь? Ты обиделась за моё мнение? Серьезно? Я на него не имею права?
- Зачем ты тогда помог этой книге родиться?
- Думал, что ты, наконец, найдешь себя. Мне плевать было, какая книга выйдет.
Рей едва не задохнулась от гнева. Хотела что-то сказать, и неожиданно слова её застряли в горле. Она заметила, какую книгу читал Бен с утра. Раритетное, потрясающее издание “О строении тела человеческого”, которую великий Везалий создал ещё в далеком шестнадцатом веке. Иллюстрированная самым Тицианом, она впервые показала тело человека не как что-то, чего нужно стесняться, а венцом творения. Идеальность в 273 рисунках.
Это был не просто красивый коллекционный учебник по анатомии. Это был её подарок, который она оставила на барной стойке в том шале. Подарок, который ознаменовал конец. Оказывается, Бен листал его? Что искал он там? Ответы? Или воспоминания между страниц?
Воспоминания о ней? Может быть так, что и он скучал?
И, внезапно, вместо надежды Рей испытала лишь более сильный гнев. То есть как? Он тосковал и ничего не делал? Гордо стоял на своем нелогичном решении? Всё, на что хватило Бена Соло, - молчаливое одиночество? Неужто гордыня в нём была сильнее того настоящего, что она давала и могла дать ещё?
- Может, ты и меня не хотел, Бен? А просто брал то, что само падало тебе в руки? - прошептала Рей язвительно, милосердно для себя заменив “раздвигала ноги” на “падала в руки”, потому что не хотела опошлять то, что между ними было. Ведь что-то да было! Что-то такое сильное, что заставляло уставшего Бена Соло, проигнорировавшего её вечеринку, листать её подарок! Человека, который анатомию-то знал.
Это новое знание, его тайна, наделяли её будто властью над ним, и так хотелось воспользоваться, чтобы ударить побольнее. Зацепить сильнее. Впервые в жизни Рей захотелось кому-то причинить боль взамен своей. Будто так могло стать легче. Хотелось вцепиться ногтями в это хоть и уставшее, но такое невозмутимое, даже немного недовольное лицо. К чему эта маска, если он скучает?
- Ну, нет, тебя я хотел. - хоть тут сказал правду. Все равно, правда, не меняя выражения. Будто скучать по ней было худшим его преступлением.
- И хочешь, да? Ведь шесть утра, Бен, как раз твое время, не так ли? - она подошла к нему вплотную. Её глаза все ещё опасно сверкали, но прикоснулась Рей неожиданно мягко, проведя ладонью по небритой щеке, а затем пальцем по его шее.
Близость её тела опасно волновала. Рей была права. Чертова девчонка хорошо знала его. В шесть утра он всегда был неудовлетворен. Особенно, сейчас, столько месяцев спустя.