Мы пожали друг другу руки.
Ее рука в моей руке. Мы соприкасаемся.
- Нет, - ответила она. - Я так не думаю.
- Не пьешь?
- Я сама себе куплю, спасибо.
- Уверена?
- Да.
Настаивать было бесполезно. Она была не из тех, с кем можно настаивать. Кроме того, у меня в кармане было около десяти долларов, а глядя на ее одежду, я решил, что она может купить мой костюм со всеми прибамбасами, и в ее сумочке еще останется достаточно, чтобы совершить поездку в Юго-Восточную Азию. Я был готов быть купленным, если она предложит. Я любил простоту, а ее не было уже давно. Так что я смирился - почти. Единственный способ добыть деньги - это вложить их в какой-то успешный проект, верно? Или, по крайней мере, так кажется.
- Тогда позже. В конце концов, тебе придется мне это позволить. Я праздную.
- Празднуешь? - oна приподняла бровь, глядя на меня, отчего у меня все сжалось внутри.
Я кивнул.
- Договор с киностудией. Они берут мой первый сценарий.
В настоящий момент я работал в закусочной, изготовляя гамбургеры и хотдоги. Конечно же, это было временно. В действительности я был дорогим фотографом, но мой
- В самом деле?
- Ага, - я улыбнулся ей. - Вестерн. У меня пока нет контракта на книгу, но договор с киностудией "Фокс" должен помочь, как ты думаешь?
- "Фокс"?
- "Фокс". Только сегодня получил, так что мы с приятелем празднуем. Конечно, мне еще не заплатили. Но через шесть месяцев...
- Это и вправду замечательно, - сказала она.
- Это так, это действительно так, - я сделал вид, что обдумываю это, размышляю обо всех этих годах борьбы. Затем я бросил бомбу. - Ходят разговоры о сериале.
-
В ее голосе было что-то вроде благоговения.
Я изобразил скромную улыбку, а потом решил, что хватит.
- А что насчет тебя? Чем ты занимаешься? - спросил я ее.
- О, у меня туристический бизнес. Маленький, но растущий. И он меня вполне устраивает.
Держу пари, так оно и было. Я снова услышал запах денег. Представил все эти бесплатные поездки на Таити, Корфу и в Париж. Я знал, что мыслю как шлюха. Но попробуйте поработать в бургерной несколько недель. Если у леди была цена, то у меня было время.
Несколько часов спустя я поймал себя на том, что пытаюсь поцеловать ее тонкую, усыпанную драгоценностями руку, так как она продолжала смеяться и избегать меня всякий раз, когда я тянулся к ее губам. Но это было нормально, потому что я уже любил ее. У нее были высокие скулы, полные губы и темные ленивые глаза, которые моргали в чувственном замедленном ритме. У нее было аристократическое тело, длинное и стройное, как раз такое, какое мне всегда нравилось больше всего, но с которым у меня практически никогда не было шансов.
Я сказал ей, что у меня гости. Она сказала, что все в порядке, мы поедем к ней, и это избавило меня от необходимости объяснять, что такое однокомнатная квартира на 79-й улице Бродвея, полная тараканов.
Она жила на первом этаже трехквартирного двухуровневого дома рядом с Первой авеню, а стол на кухне со столешницей из твердой древесины был длиннее, чем вся моя квартира. Восточные ковры и старинная американская мебель, все хороший антиквариат. Картины - не гравюры и не литографии - Метценже[8],Мохой-Надь[9],Мари Лоренсен[10]. Каждый светильник на своем месте. Саду на веранде явно было несколько десятилетий. Серебро. Красное дерево. Огромные окна от пола до потолка, выходящие на улицу. Это место было святилищем хорошей жизни. У меня от всего этого стучали зубы.
- У тебя здесь очень красиво, - сказал я.
Она ловко скользнула в мои объятия. Я поцеловал ее один раз и понял, что это
Мы двинулись по ковру, за который любой вор лишил бы жизни, к медной кровати, которая была чуть поменьше грузового прицепа, и скользнули между атласными простынями. Ее тело было как "Бентли" в окружении "Фордов Пинто"[11]. Длинные крепкие томные ноги, гладкие и прохладные, как стекло, скупая мальчишеская попка, невысокие маленькие груди, которые соединялись вместе при прикосновении, маленькие темные заостренные соски, вся она была совершенной и манящей. Я тихо возблагодарил Бога за то, что семьдесят пять приседаний в день сделали, наконец, что-то с моим брюхом.
