Искатель, 1961 №4 полностью

…Пройдет время. В глубине пустыни, где работала четверка упорных, взметнется газовый или нефтяной фонтан, и вышка в песках станет памятником мужеству искателей.

Рисунок автора

Сегодня у нас в гостях человек многих профессий. Константин Фомич Михаленко — известный летчик Великой Отечественной войны, Герой Советского Союза, командир корабля полярной авиации, литератор, художник, кинооператор, фотокорреспондент.

Мы просим Константина Фомича рассказать немного о его главной профессии.

Константин Фомич говорит:

— Еще в юности я мечтал связать свою жизнь с авиацией. Много слышал о полетах И. Черевичного, И. Мазурука и других прославленных полярных летчиков, восхищался ими. Манила и сама Арктика. Вот почему сразу после армии я по-шел в полярную авиацию. С тех пор побывал, начиная с «СП-3», на всех дрейфующих станциях «Северный полюс», участвовал в одной из советских антарктических экспедиций. И ни разу не пожалел о своем выборе.

Эта профессия дает много: ты видишь самые отдаленные уголки планеты, узнаешь сильных, мужественных людей, участвуешь в событиях, порой невероятных. Эта профессия сама протягивает тебе перо, кисть и говорит: «Пиши, рисуй, рассказывай…» И я пишу, рисую — о том, что видел, что пережил. Насколько удачно это получается, пусть судят читатели.

Как-то у меня спросили: что такое ледовая разведка, для чего сна нужна? И я не смог сразу ответить на этот вопрос, хотя сам полярный летчик и не один раз летал на такую разведку.

…Уже много дней мы живем на берегу моря. Оно рядом с нами, вот здесь, сразу же за площадью Ленина, и с любой улицы поселка видна его серо-белая громада. Берег смотрит в море не только окнами домов. Антенны радиостанций, маяки, пеленгаторы — все это обращено вдаль, за горизонт — туда, где клубятся темные космы низких облаков и бродят льды. Они, эти льды, разные. Нужно знать их характер, чтобы к поселку, где расположен порт, маневрируя среди льдов, прошли караваны судов. С берега к ним навстречу вылетают самолеты и ведут между ледяными полями, по полыньям и разводьям к намеченной цели. И так — вдоль всей трассы Северного морского пути.

За работой морских и воздушных кораблей непрерывно следит Большая земля. Метеорологи, синоптики, гидрологи ведут наблюдение за погодой, замеряют силу течений, приливов, отливов, прогнозируют погоду и движение льдов.

…Иван Черевичный, как и многие другие пилоты, работающие вдоль трассы Северного морского пути, много раз летал на ледовую разведку, проводил корабли через море Лаптевых и дальше на восток. Обычно накануне вылета штурман Николай Зубов вместе с гидрологом Юрием Барташевичем вычерчивали на карте зубчатую линию маршрута (для осмотра большей площади самолет ходил над морем галсами: от берега прямая линия в море и опять к берегу). Для точного нанесения пройденного маршрута, особенно точки поворота в море — гидрологи называют ее подвесной точкой, — необходима привязка, то есть выход к заранее намеченному береговому ориентиру. Такими ориентирами служат морские маяки, знаки или характерные мысы. Не всегда легко и просто подойти самолету к такому ориентиру.

Бывает так. Теплый воздух над льдами моря превращается в туман и ползет длинными шлейфами, скрывая под собой разводья, полыньи и ледяные поля. А корабли просят, требуют ледовую обстановку! И самолеты в любую погоду выходят в море, «ползут» в туманах над самыми льдами, «привязывают» свои маршруты к земле и, подготовив карту, сбрасывают ее ледоколу. Там, где ледовая обстановка более сложная, самолеты «висят» над кораблями и кабельтов за кабельтовым, миля за милей ведут караваны по намеченному пути.