— Думаю, ты совершенно прав, Луи. Знакомство полезное. Раз ты пригласил ее на обед, вечер у тебя занят. Я могу позвонить Френку и предложить ему подъехать завтра. Нет, нехорошо. Фотографии высохнут до твоего отъезда?
— Они высохнут гораздо раньше.
— Отлично. Принеси их мне, мы с тобой с ними поработаем, и я буду знать, как и что. А потом я еще раз просмотрю их с Френком. А ты взглянешь на его рисунок завтра утром. Только позвони мне, чтобы я знал, где ты остановился.
— Мотель «Кавалер» на автостраде Один.
— О? — Полковник изогнул бровь. — Ты снял номер до того, как побеседовал с девушкой, или после? Можешь не отвечать, Луи.
Джордано вновь покраснел.
— Пойду посмотрю, как там фотографии, — и вылетел из библиотеки.
Мэнсо отправился в путь в половине седьмого. Заглянул в четыре ресторана, руководствуясь имеющимся у него списком, в каждом выпил по «Кровавой Мэри». Водка в этом коктейле на него практически не действовала. В каждом ресторане он проводил порядка пятнадцати минут, потом садился во взятый напрокат «плимут» и отправлялся в следующий.
В четвертом ресторане после четвертой «Кровавой Мэри» он почувствовал, что проголодался. Ресторан этот находился в Клифтоне и назывался в честь знаменитого в прошлом боксера, который и работал там метрдотелем. Над стойкой бара висели фотографии других известных боксеров, естественно, с дарственными надписями. Обеденный зал украшали запечатленные в масле боксерские поединки. Все блюда также носили имена боксеров. Желающие могли заказать сэндвич Джейка Ламотта или жареную курицу а-ля Рэй Робинсон. Присутствовало в меню и фирменное блюдо Джерси Джо Уолкотта, особым образом приготовленный лобстер.
Принадлежал ресторан не боксеру. Его владельцем, как и трех остальных, что значились в списке Мэнсо, был Альберт Платт. Он не рассчитывал на встречу с Платтом, но решил, что попробовать стоит. По тому, как Платт проводил время в Лас-Вегасе, чувствовалось, что по вечерам ему дома не сидится. А многие гангстеры любили погулять в собственном ресторане.
О гангстерах Мэнсо знал более чем достаточно. Когда после демобилизации армейский самолет доставил его в Штаты, в кармане у него было почти три тысячи долларов, и он прямиком отправился в Лас-Вегас. Три первых вечера только выигрывал и пришел к выводу, что лучшего способа зарабатывать на жизнь ему не найти. На четвертый вечер в казино «Сэндз» он подошел к игральному столу, имея в кармане уже восемь с половиной тысяч. К полуночи выигрыш достиг двадцати тысяч. Без двадцати три утра от них остались пятьдесят долларов, спрятанные в башмаке.
Заместитель управляющего купил ему завтрак, сказал, что номер можно не оплачивать, купил билет на автобус до Лос-Анджелеса. На автовокзале Мэнсо сдал билет, получил деньги, снял комнатку в пансионе и устроился работать на автоматическую мойку автомобилей. Каждый вечер он проводил в городских казино. Играл по минимуму, так что не проигрывал больше пяти долларов за вечер. А в основном наблюдал.
Питался консервами, экономил на всем. Говорил с людьми, читал книги. Все тщательно обдумал и пришел к выводу, что игорные столы не обманешь. Однако продолжал ходить в казино, ставить пяти- и десятицентовики, делая в уме куда более крупные ставки. Несколько месяцев спустя он изменил свою точку зрения. Остаться в выигрыше можно, но для этого необходимы три условия: знания, капитал и, что самое главное, чутье.
Но даже в этом случае казино не обчистить. Ты можешь научиться настраиваться на игру, ловить миг удачи, ковать железо пока горячо, и давать задний ход, почувствовав, что везению пришел конец. Разбогатеть на этом нельзя, но, имея приличный стартовый капитал, жить можно припеваючи, ни в чем себе не отказывая.
Мэнсо потребовалось немало времени, чтобы скопить тысячу долларов. Но к этому моменту он уже был готов сыграть по-крупному. Он вновь пошел в «Сэндз». И не покидал казино восемнадцать часов кряду. Он делал маленькие ставки за столом, где играли в кости, ожидая, пока возникнет ощущение, что ему по силам покорить мир. Если оно не возникало, он уходил к одноруким бандитам. К трем часам пополудни, после шестнадцати часов, проведенных в казино, он стал богаче на триста долларов. К тому же у него кончились десятицентовики, поэтому он перешел к автоматам, игра на которых стоила четверть доллара, бросил единственную монету и сорвал банк.
Тут же он перешел к столу с костями и довольно-таки быстро выиграл пять тысяч долларов. Все шло как по маслу. Он поставил очередные тысячу долларов и готовился бросить кости, когда в его голове что-то щелкнуло, поступил какой-то сигнал. Мэнсо снял тысячу со стола и поставил фишку в пять баксов в сектор «Не выпадет».
— Вы ставите против себя, — заметил крупье.
Выпало пять[2].
Мэнсо обратил фишки в наличные, получив пять тысяч и пять долларов. Оплатил счет в отеле, вернул долг заместителю управляющего. И первым же самолетом улетел в Лос-Анджелес. Когда полковник позвонил Мэнсо, тот работал на авиационном заводе, подумывая над тем, а не вернуться ли ему в армию.
