— Но… мы не знаем, где находится камень. Там, где бабушка Савостина указала, лежит другой камень, не Лик Беса.
— Да, Пелагея здесь перехитрила нас, камень тот не является Вратами, на нем просто стоит печать Морока. Вы молодцы, что выдержали его
— Вы знали… где он на самом деле?
Старик покосился на Илью, в глазах его, невидимых в темноте, загорелись зрачки, погасли. Илья вздрогнул.
— Если бы я знал, не посылал бы вас в западню. Но теперь знаю. Камень сторожит одна древняя тварь, изверг Ягья, оружием против которого является только душа человека в состоянии магического «зеркала», полная чистоты замыслов и любви. Поэтому я и пришел сегодня предупредить о риске. Если вы наткнетесь на Древнего, пистолеты и ружья вам не помогут, а научить тебя входить в состояние «зеркала» я уже не успею. Еще не поздно отказаться от участия в этом деле. Найдите Витязя, его женщину, и уходите.
Илья наклонился к воде, плеснул в лицо, стряхнул капли с ладони.
— Разве у вас есть еще кто-то, кто может уничтожить Лик Беса? Или мы должны отвлечь на себя силы охраны храма, чтобы основная группа смогла проникнуть под его стены и завершить операцию? Я угадал?
Евстигней сгорбился, долго молчал, одетый темнотой, ставший вдруг таким одиноким и подавленным, что у Ильи защемило сердце.
— Нет никакой основной группы, Илья Константинович, — глухо проговорил старик. — Нет запасного варианта. Но ваш отряд не первый, кто пытается преградить путь Мороку.
— Простите… — пробормотал пристыженный Пашин.
— Каждому человеку в этом мире, каждой вещи предписана своя судьба, изменив которую, можно изменить всю реальность. Но сделать это очень трудно, потому что за каждым потенциальным с
— Как же мы сможем уничтожить Лик Беса, если он совсем не камень… а психополе?
— Лик Беса боится живого огня, — усмехнулся старик, — поэтому он всегда лежит в воде. Но смотреть на него больше нескольких секунд нельзя, иначе он внедрится в вашу психику и превратит в своих рабов. Запомните это, если надумаете идти дальше.
Из лагеря прилетел голос Серафима:
— Илья, долго тебя еще ждать?
Пашин очнулся, вытер ладонь о пылающий лоб, сказал торопливо:
— Мы пойдем дальше. К утру разберем завал и…
— Пусть этим, не торопясь, занимаются твои друзья. К храму есть другой путь. Он заговорен, простому человеку не виден, но вдвоем с девкой вы пройдете.
— Как?
— В полукилометре отсюда из озера Нильского начинается протока в другое озеро, которого нет ни на одной карте. На его берегу и стоит храм Морока, не видимый ни со стороны, ни сверху. Увидеть можно только его отражение в воде, да и то лишь на восходе солнца или при полной луне. Мой оберег поможет вам достичь цели и предупредит о близости Древнего.
— Талисмана… то есть оберега… больше нет. В него попал разряд, такая странная молния, когда я отбивался от сторожа Владиславы. У него была палка, метающая молнии…
— Жезл Силы. — Старик полез под плащ, снял с шеи какой-то тяжелый кружок на цепочке, протянул Илье. — Это цата, старославянский амулет Рука Бога, символ Свентовита, обеспечит тебе защиту от любого нападения с четырех сторон света. Не потеряй и доверяй его подсказкам.
Илья надел цепочку, спрятал амулет под футболку, прислушиваясь к себе: под кожей на груди, которой касался быстро теплеющий диск амулета, побежали электрические струйки, приятно щекотавшие тело.
— Не мешает?
— Нет, но… щекочет. Такое ощущение, будто это клемма аккумулятора. Дедушка, что нам делать с Анжеликой? Мы пришли к выводу, что она… обманывает нас.
— Ничего с ней делать не надо, хотя ваша врачиха стала агентом эмиссара Морока в Москве. Не по своей воле, конечно. Она и сейчас не понимает, что делает. По свободе я освобожу ее от чужой программы, а пока делайте вид, что ни о чем не догадываетесь. Жаль ее..
Илья снова зачерпнул воды в ладонь, жадно выпил, выпрямился, чтобы поблагодарить волхва, но его рядом не оказалось. Илья чертыхнулся в душе, но тут же с усмешкой позавидовал способностям волхва.
— А где дед? — встретил Пашина вопросом Серафим, уже переодетый в запасную рубашку и штормовку, с замотанной бинтом головой. На его лицо в шрамах, обработанных йодом, страшно было смотреть.
— Ушел по делам, — меланхолично отозвался Илья, отвечая на тревожный взгляд Владиславы успокаивающим жестом, поискал глазами Анжелику. — Где наш врач?
