— Не я, — возразила девушка. — Я тут только работаю. Подождите минутку. Это здесь? — Она перебрала на столе, стоявшем перед средним окном, несколько нескрепленных листков бумаги и даже покраснела от возмущения. — Вы должны были прийти на прошлой неделе.
— На прошлой неделе у меня был отпуск. Сегодня я первый день вышел на работу. Не утруждайте себя. Я уже был здесь раньше. Я сам найду, куда идти.
Первый день. Первая работа в первый день. Первое возвращение к нормальному распорядку после землетрясения. Джек и сам не знал, почему он выбрал этот дом. Список вызовов электромонтера состоял из двенадцати фамилий людей, нуждавшихся в нем. Наверно, он пришел сюда из-за смутной и не понимаемой им самим жажды подсознания найти утешение и облегчение в красоте, которую он увидит. Наверно, он пришел сюда, потому что для него это было уникальное место, совершенно чуждое и непохожее на все другие, где он бывал с Чарли.
Но, как всегда, когда он попадал в дом на Плугменс-лейн, у него дрожали от неуклюжести ноги и немели пальцы. Он походил на варвара, влезшего в брошенную виллу римлянина и ошеломленного и подавленного благоговейным страхом невежества. Он пересек комнату и, притворяясь перед самим собой, будто точно не знает, где ящик с переключателями, (в этом не было необходимости, его никто не сопровождал) открывал дверь за дверью, всовывал голову и изумлялся увиденным сокровищам. Если бы в комнате оказалась хозяйка, он бы пробормотал «Пардон, леди», и это было бы его защитой. Но в комнатах никого не было, и никто не мешал Джеку любоваться бархатом и шелком, темными столами, украшенными слоновой костью, картинами в позолоченных рамах, разноцветными фарфоровыми вазами с живыми цветами, бронзовыми бюстами, ароматическими шариками.
Впоследствии Джек не смог объяснить, что неожиданно и так живо вызвало в памяти Чарли. Видимо, память о мертвом друге никогда не покидала его сознания. А может быть, вспышка боли, такой острой и реальной, какой он еще никогда не чувствовал. Это случилось, когда он открыл дверь китайской комнаты. Ящик с переключателями находился здесь, прямо за дверью, работа ждала его. Джек на мгновение, оцепенев, остановился на пороге, пораженный странным богатством красок. Он пришел рано, и солнце еще не добралось до этой части дома. Но и в затененной комнате ослепительно сияли красные и золотые цвета, неземные и зеленые, как море, и цитрусово-желтые. Он поставил на пол ящик с инструментами и потрясенно огляделся. Джек бывал здесь раньше, но ему казалось, что до этого момента он никогда не видел этой комнаты. Он чувствовал себя так, будто его нервы вырвали, выставили наружу и незащищенными соединили с этими роскошными и в то же время нетерпимыми красками. Его словно бы подставили под удары электрического тока, от которых вибрировало все тело.
Почти в трансе он подошел к шахматам, которые Чарли назвал армиями, и увидел лицо одного из воинов, зеленого рыцаря. Точная копия лица его умершего друга. Резкое, хитрое, умное и доброе. Джека охватило страстное желание завладеть этим рыцарем, но он боялся даже прикоснуться к искусно вырезанной из жадеита фигурке. Джек услышал собственные глухие рыдания.
Это его благоговейное и, наверно, детское описание китайской комнаты привело Чарли в дом Виго. Как он, Джек, пошел бы к бакалейщику, так Чарли Хаттон пришел сюда. Чтобы купить лучшее. Печаль Джека растворилась в восхищении отвагой друга. Чарли был в этом музее. Но не в качестве слуги или рабочего, а как покупатель. Виго принимал его в этой комнате и пил с ним. Джек легко представил дерзкую позу Чарли, его огрубевшие загорелые руки, которыми он рискнул поднять чашку или потрогать пальцем шелк картины. И конечно, Чарли с непочтительной бесцеремонностью еще и рассуждал об их качестве и о желании иметь такие же. Узнал ли он себя в этом рыцаре зеленой армии.
И филистимляне окружили Ионатана… Как падает могущество и предается забвению оружие войны!
Джек отвернулся от резких маленьких лиц, которые будто бы разглядывали его, открыл свой ящик с инструментами и встал на четвереньки, чувствуя себя усталым и разбитым. Это в десять-то часов утра. За спиной у него раздался голос девушки, и он вздрогнул.
— Я подумала, может, вы захотите выпить чашку чая?
— Мистер или миссис дома? Я бы лучше поговорил с ними.
— Разве вы не слышали? Она уехала и забрала мальчика. А его вчера арестовала полиция за убийство водителя грузовика.
У Джека в глазах стояли слезы, но сейчас вдруг перед глазами вспыхнул яркий свет, как бывало, когда он вместе с Чарли весь вечер сидел в наполненном дымом баре «Дракона». Он уставился на кучку инструментов, но не видел их. Джек вскочил на ноги, и в руке у него оказался молоток, хотя он не помнил, как выбирал его среди других инструментов.
Красный свет перед глазами превратился в спектр безумно красного, золотого и зеленого, как море, и все это ревело, крутилось и прыгало вокруг него. Сзади до него эхом доносился какой-то резкий пронзительный шум. Девушка начала визжать.
— Слон в фарфоровой лавке, — сказал Уэксфорд.
