Сейчас этот этап, который он про себя называл «джеймсбондовским», был давно пройден. Теперь, набравшись опыта, а главное, разобравшись в психологии примитивной шифровки, он «взламывал» пароли, не выходя из дома. Профессионально проведя классификацию излюбленных дилетантами уловок, он мог теперь, не задумываясь, раскрыть практически любой пароль.
Он постоянно пополнял и совершенствовал свою программу, но основа ее давно уже сложилась и давала вполне приличные результаты. Какой пароль может придумать ограниченный человек? Свое имя, имя жены, ребенка, любовницы, кличку собаки, кошки, название фирмы, города, улицы, десяток профессиональных терминов… Да, в общем, и все. У Марка давно создалась такая подборка слов подобного рода, что в доброй половине случаев на этом работа и заканчивалась. Для шибко хитрых, точнее, считающих себя таковыми, программа прокручивала этот словарик задом наперед, удваивая, пропуская гласные и т. п.
Особенно умиляли хакера «специалисты», которые, ткнув наугад пальцем в словарь Ожегова, полагали себя застрахованными от любой связи найденного слова с собой. Связи, конечно, не было. Но «прокрутка» пароля на совпадение с «реальным» словом из всех словарей занимала у Марка не более пяти минут. Бывали, разумеется, и задачки гораздо сложнее. Вот как, например, сегодня.
Марк отключил модем. «К Машке, что ли, с утречка завалиться? Вторую неделю названивает… А ну ее к черту! Устал… Сейчас ка-ак вздремну! Минут семьсот».
Рука машинально переключила компьютер на CD-ROM. «Хоть глянуть, как они там без меня! Ну, конечно, стоит оставить на пару часов без присмотра… Все золото профукали! Варвары с севера прут! Колдуна последнего потеряли!» Без Хозяина Цивилизация была готова вот-вот рухнуть. Усталости как не бывало. Марк срочно собрал оставшихся в живых воинов и двинул их на поиск артефакта. «Мы им еще покажем!» Машка была окончательно забыта.
Вопросы секса Павла Лушина не интересовали.
Ярослав с трудом разлепил глаза. Во рту саднило от табачной горечи, голова трещала от перепоя и недосыпа. На светящемся циферблате «Командирских» было почти четыре. За окном — глухая декабрьская тьма. Рядом, сбросив плед, негромко похрапывала и постанывала во сне Раиса.
— Рота, подъем! За работу!
Он пошлепал ее по обнаженной заднице.
— Сла-а-вик, дай поспать…
— Нечего дрыхнуть. Работать за тебя Пушкин будет?
— Чтоб ты сдох со своей работой…
Накинув только кофточку, она прошлепала босыми ногами в ванную. В ночной тишине было слышно громкое журчание воды…
«Зря я ее так, — подумал Громов. — Уж если кого и надо подгонять, так это не Княгиню».
Через несколько минут по коридору раздались совершенно иные шаги. Легкой, почти беззвучной походкой женщина вошла в комнату. Проходя мимо Ярослава, продолжавшего валяться на тахте, взъерошила ему волосы и уселась за письменный стол. Зажглась настольная лампа. Женщина склонилась над бумагой и принялась быстро писать.
Ярослав лежал, глядя в потолок. Спать расхотелось. Ему вспомнилось необычное начало их «сотрудничества».
Он зашел в то утро к ребятам из «наружки». Теоретически, конечно, считалось, что опер и «наружник» знать друг друга не знают. Но это — теоретически. По его заданию они уже пятый день «вели» одного залетного валютчика. Мужик был битый, крученый, и надежды, что он «засветится», было мало. Громов рассчитывал на совсем иные подходы, но… раз в плане, утвержденном шефом, написано «наружное наблюдение», значит, так тому и быть. Он регулярно подшивал в дело сводки: «По указанным адресам не появлялся», «С указанными лицами в контакт не вступал» и т. п. Ни на что интересное не надеялся он и сегодня, еще не зная, что фортуна повернулась к нему лицом.
Он бегло просмотрел справку, которую должен был получить официально только завтра. «Так и знал. Ничего нового». Тут его внимание привлек взрыв хохота в углу кабинета.
— Чего ржете?
Капитан Витя Можаев, начальник отделения «наружки», с которым они подружились на заочной «вышке», махнул ему рукой.
— Иди, Слава, полюбуйся. Ребята вчера одного кавказского спекулянта водили. Для твоих из Центрального. Толку мало, но хоть повеселились.
Он протянул Ярославу несколько снимков. На зеленой лужайке, на фоне белой «Волги» резвилась парочка.
— По качеству снимков — не «Плейбой», но по выдумке и разнообразию — не слабее, — ухмыльнулся Ярослав.
И вдруг… Не может быть! Такая удача прямо в руки!
— Дайте-ка остальные, — уже деловым тоном обратился он к Можаеву.
— Слав, ты же знаешь — не положено.
— Виктор, «центральники» работают по моему делу, по одному из эпизодов. Завтра я все равно у Волкова все эти материалы заберу. Но мне очень нужно сейчас. — Вить, — он сменил тон на просительный, — мне только один вот этот снимочек!
— Ладно, только сам понимаешь…
— Понял, понял! Не маленький. Спасибо, Вить! По гроб жизни…
