Они выскочили в коридор и толкнули дверь, которая, по счастью, оказалась открытой. Открытой оказалась и решетка. Не дожидаясь лифта, парочка со всех ног понеслась на первый этаж. На площадке третьего этажа на ступенях сидели какие-то подростки с гитарами в руках. Они в страхе вскочили и шарахнулись от несущихся на них мужика с безумными глазами и топориком для рубки мяса и полуголой тетки с разорванной до пояса юбкой, развевающейся за ней, как чапаевская бурка.
Парочка выбежала из подъезда и сразу же бросилась к первой попавшейся машине.
— Ключи у вас есть? — спросил Антон.
— Нет! — ответила она.
Он, недолго думая, разбил топориком переднее стекло и открыл дверцу. Когда они прыгнули на сиденья, Антон со знанием дела вскрыл провода зажигания, замкнул их и завел машину. В ту же минуту, когда автомобиль на невероятной скорости выскочил на шоссе, с другого конца дома во двор въехали две милицейские машины.
После того как взрывное устройство было обезврежено и автомобиль отогнан в гараж, Берестов вернулся домой и позвонил в «Коммерческую газету» Калмыкову.
— Привет, Толик! Меня только что чуть не грохнули.
— Опять стреляли?
— Если бы стреляли! Подложили в машину бомбу. Под сиденье, старик. Представляешь, что бы со мной было? И где? У самого дома. Я только на минуту зашел в магазин.
— Да ты, я вижу, растешь! В качестве журналиста котируешься по высшему разряду. Поздравляю!
Толик выдал раскатистый смешок и надолго умолк.
— Извини, это нервное. Ты опять занялся криминалом?
— Окстись! Какой к черту криминал? Всего лишь разоблачил одну предсказательницу.
И Берестов в подробностях рассказал о двух своих визитах к потомственной колдунье, не опустив, конечно, что охранник мчался за машиной и на ходу расстегивал кобуру.
— Это такие крутые предсказательницы пошли? — удивился Калмыков. — Нет, старик, тут что-то не то. Вспоминай, что ты опубликовал на минувшей неделе?
Берестов напряг лоб и ответил с удивлением:
— Ты знаешь, за последнюю неделю я вообще ничего не опубликовал. Даже вшивой информации! Вышел только что из отпуска. Еще, даже можно сказать, не раскачался, и тут — на тебе! Сразу бомбу под сиденье.
— Может, тебя с кем-то перепутали? Хотя нет! Обычно они не путают. Вспомни: позавчера, вчера, сегодня с кем ты разговаривал?
— С одной из клиенток этой колдуньи. Рентгенолог. Кстати, через полчаса после интервью она выбросилась с двенадцатого этажа.
— Сама, или ты ей помог?
— Понимаешь, тут дело темное. Буквально за час до разговора она сняла в сберкассе семьдесят тысяч на покупку дома под Москвой. Пришла домой как бы с деньгами и сразу отправилась на интервью со мной. Ты себе такое представляешь? А после интервью она, не заходя в квартиру, забралась на двенадцатый этаж и бросилась вниз башкой. Не хило?
— Интересно… — задумался Калмыков. — Деньги, конечно, исчезли?
— Такие подробности мне не известны.
— Расскажи-ка в деталях, о чем вы с ней трепались.
Берестов добросовестно во всех подробностях пересказал другую байку Сверилиной про то, как несчастной долго не везло с деньгами, и тогда она отправилась к колдунье, и после того как отчаявшаяся тетка совершенно идиотским образом отдала шарлатанке последние триста баксов, ей наконец свалилось на голову целое состояние…
— Понятно! — нетерпеливо перебил Калмыков. — С кем еще ты разговаривал? Вспомни!
— В субботу у меня был разговор в «Мерседесе» с одной очень красивой и, кажется, весьма не бедной женщиной. Тоже клиенткой колдуньи. У нее два года назад пропал муж.
— Так! — пробормотал Калмыков. — Труп нашли?
— Найти-то нашли. Но колдунья по фотографии за шестьсот баксов определила, что муж жив.
— За такую сумму я тебе сам кого хочешь оживлю. Значит, говоришь, два года назад он пропал? Вообще, к твоему сведению, начиная с середины девяносто шестого года в России без вести пропало очень много людей. Пик пропаж приходится на девяносто седьмой год. А в феврале девяносто девятого в Москве обнаружилось около двухсот человек, пропавших ранее в регионах. Они не помнили ничего. Даже своего имени. Потом некоторые из тех, кого нашли, постепенно вспомнили жен, детей, родственников; вспоминали свое детство, прошлое, но только до того момента, как пропали. Где они были после того, как вышли из дома, чем занимались? — полнейший провал. Этого не добился от них ни один гипнотизер. Так вот, мое личное наблюдение: в девяносто седьмом году в России победила спиртовая мафия. По объему самые огромные поставки турецкого спирта в страну пришлись именно на девяносто седьмой год. Усекаешь?
— Честно говоря, нет!
— Я начертил два графика: объем завоза контрабандного спирта в Россию за последние четыре года и количество пропавших людей. И они почти идентичны. Ты понял?
— Понял.
— Ну ладно. Это к слову. Я к чему все это веду: предсказательницы подобного рода держат нос по ветру. Так что… Слушай, — неожиданно воскликнул Калмыков. — Я, кажется, догадался, куда ты вляпался. Точно! И как тебя угораздило? Е-мое! Ты хоть из дома звонишь?
— Откуда же? — удивился Берестов.
— Пистолет есть?
— Нет.
— Сиди и не высовывайся. Я сейчас подъеду…
