По команде Рамира ратники стали поднимать на стену ежи из заостренных кольев и сбрасывать их вниз. Мамонтов распрягли и загнали в стойла. Перед воротами установили множество ежей. Заготовленные крепкие бревна, на случай если стену к приходу врагов не успеют восстановить, ратники стали лихорадочно стаскивать к проему и устанавливать прочную деревянную ограду. Враг не мог двигаться быстро из-за глубоких снегов, поэтому у ариев появилась возможность полностью выполнить оборонительные работы до штурма.
Стоя рядом с Рамиром, низенький, пузатенький князь Бермята, показал на ряды приближающегося супостата и заметил:
— Могучий раджан! Ты тоже зришь, что поганые вступили в союз с людьми и рати людей прут в нашу сторону впереди уродов? Значит, с погаными тоже можно договориться об откупе. Я предлагаю направить в сторону супостата гонцов из касты воинов, чтобы миром решить наши споры с погаными. Если мы не поскупимся, то спор можно порешать к взаимной выгоде.
Рамир нахмурил брови, зло взглянул на князя и ответил:
— Я давно сказывал, что шапка князя не подходит к твоей голове. Ты всегда срывал торги по оружию из-за своей неуемной жадности. Поэтому переговариваться с погаными поедешь ты в сопровожден и и двух ратников.
Бермята вспотел и взвизгнул:
— О раджан! Ты посылаешь меня гонцом, может быть, на верную смерть. Но в случае моей гибели кто будет управлять родом и полком?
Окинув презрительным взглядом трусливого князя, Рамир твердо повелел:
— Торговаться ты умеешь во вред родам и к выгоде себе. Немедля скачи к ворогам и наведи выгодный нам морок на их головы! А того, кто будет управлять родом и полком, я найду.
Князья, обступившие раджана, весело рассмеялись. Все недолюбливали Бермяту за неумеренную жадность.
Группа из трех всадников выехала из ворот и по глубокому снегу двинулась в сторону растянутых по степи вражеских ратей.
Волхв появился совершенно незаметно, и он явно спешил сказать вождю что-то очень важное:
— Ой ты, гой еси, могучий раджан! Я узнал, что поганые испускают какие-то неслышные звуки, от которых появляются страшные боли в головах и люди теряют силы. Но чтобы воспользоваться силой взгляда и колдовством звука, им надобно приблизиться как можно теснее к нам. Вели всем ратникам передней линии заткнуть уши паклей с воском. Сам же с князьями сделай как ратники.
Рамир тепло взглянул на своего давнего друга и советчика и вопросил:
— Мой друг, любимец богов! Но ведь тогда на время битвы мы все станем глухими. Как же князьям, воеводам, десятским и сотникам управлять ратниками?
Волхв, опираясь на узловатый посох, улыбнулся:
— Великий раджан! Только зрительными сигналами, жестами и мимикой! Да предупреди воинов, чтобы в случае приближения поганых не смотрели в их глаза. А что делает князь Бермята с двумя ратниками? Никак послал ты его на верную смерть?
Замявшись, Рамир пояснил:
— Сквалыга сам напросился. У меня не было и в мыслях вступать в переговоры с потными. Я знал, что все обернется бедой.
Князья с горечью заметили, как Бермяту и двух ратников стащили с седел и разорвали большие серые волкокрысы, на которых гарцевали корявые фигуры, и стали пожирать их плоть. Рати людей, которые шли впереди толп нечисти, продолжали свой марш в боевых порядках, не обратив ни малейшего внимания на ужасную гибель гонцов от повелителей огня.
Раджан повелел сигнальщику подать знак о занятии стен лучниками. Часть диких кочевников степного бея Садыка ловко вскарабкалась на стены с полными колчанами стрел. Основная рать степняков, на маленьких косматых лошадях, с нетерпением ожидала сигнала на выход из ворот, когда они откроются. За их спинами, у городищ повелителей огня, расположились юрты с женщинами и малыми детьми. Позади степняков стояли стройные ряды полков ариев, а вдали виднелась конница. Мамонтов берегли и задумали пускать в бой только в случае крайней необходимости.
Отдав последние указания князьям, Рамир повелел зарядить баллисты. Устройство машин для метания камней было хитрым и позволяло выкидывать в сторону врага одновременно по пять глыб от одной баллисты. Ратники-баллистники, стоя на специальных площадках на стенах у камнебросов, ожидали сигнала. Степняками-лучниками командовал хан, которому Рамир даровал свободу. Бей Садык возглавил конницу кочевников.
Со стены отчетливо было видно, как людские рати накатываются все ближе, держа наготове легкие лестницы и веревки. Одеты пришлые люди были по-разному и имели разное оружие. Некоторые защищались большими круглыми и прямоугольными щитами, другие не имели никакой защиты. Далеко позади людских ратей густо кучковались поганые, рассмотреть вид которых не мог даже самый зоркий глаз.
Часть головного полка Рамир призвал на стены, а командовать полком он назначил мудрого князя Миролюба. Время жестокой сечи неотвратимо надвигалось.
Приблизившись к стенам под градом стрел, враги начали стаскивать ежи в кучи для создания беспрепятственных проходов к стенам. Степняки стреляли метко, и рати супостата, состоящие из людей, быстро таяли. Особенный урон наносили камни, выпущенные из баллист в гущу штурмующих.
