Я насторожился, однако с пола не поднялся, лишь сел по-турецки.
— Я вас слушаю, Хаэрпу.
— Я просил не называть меня по имени, — напомнил он, и его подвижные глаза будто от обиды полезли вверх.
Я поднял руки, как бы сдаваясь:
— Не буду.
Хаэрпу кивнул и сказал:
— Вы спрашивали про угрозу для жизни обитателей станции.
Ха! Неужели и этот отшельник дотумкал до того, о чём поведал мне капитан?
— Нам пора паковать чемоданы? — спросил я, но Хаэрпу не был расположен шутить.
— Опасность грозит лишь вам, Виктор.
Признаться, он меня удивил. Вот так штука: станция того и гляди начнет гореть в плотных слоях атмосферы, а я, вместо того чтобы ползать на коленях по кухне, вполне мог бы свалить-отсюда в своей спасательной капсуле, но сам же оказываюсь в опасности!
— А вы ничего не перепутали?
Он честно поразмышлял или сделал вид, что размышляет несколько секунд, и ответил:
— Вероятность ошибки очень мала.
Это было даже не смешно. Но я все равно нервно рассмеялся и сказал:
— Вы жалкий шарлатан, Хаэрпу, или как вас там следует называть!
— Почему вы так решили, Виктор? — Хаэрпу говорил спокойно, даже его глаза оставались неподвижными.
Я стиснул зубы, чтобы не проговориться, хотя мне ох как хотелось раскрыть ему целых две пары глаз! Однако это могло нарушить мой последний и самый желанный план. Я просто поднялся на ноги и указал пальцем на дверь:
— Убирайтесь прочь, несчастный пришелец! Мне бы очень хотелось избежать горения в аду на одной сковороде с вами, но, к сожалению, это вряд ли возможно. Я более не желаю слушать ваши идиотские умозаключения и требую оставить меня в покое! Ясно вам?!
— Я понял. Не нужно сердиться, — сказал сухим невозмутимым голосом его переводчик.
Хаэрпу неловко потоптался на месте, разворачиваясь на своих конечностях, его халат распахнулся, и я вдруг вспомнил, на кого он на самом деле похож. Нет, не на крысу, вставшую на задние лапы, а на летучую мышь. Вернее, на человека — летучую мышь, Бэтмена. Герои комиксов чередой, словно сонм святых, прошли передо мной, и я еще раз удостоверился, что память действительно восстанавливается. Любопытно. Бэтмен у нас есть, Железный дровосек тоже, есть даже Чудо-Женщина, и Капитан, пусть и не Америка. Черт возьми, станция битком набита супергероями, а отвести беду некому… И какой смысл в том, что моя память восстанавливается, если мы валимся с орбиты в пекло плотных слоев, и, так до конца и не прожаренные, врежемся в поверхность этой проклятой Ариадны? Надо спешить.
Все, что я нашел подходящего на кухне и на складе, сунул в матерчатый чехол от какого-то агрегата.
Проходя мимо двери По Туня, я захотел было зайти повидать его напоследок, но передумал. Встреча с Анной была для меня все же ценнее.
Когда все было готово, я зашел к Анне.
— Где вы пропадали? — встревожено встретила она меня вопросом. — Капитан отмалчивается. Кстати, почему вы решили не ограничивать его свободу?
— Все в порядке, Анна. С капитаном у нас джентльменское соглашение: он не бьет меня током, а я не трогаю его уцелевший глаз. А сейчас хочу пригласить вас на свидание. — И я церемонно поклонился.
— И где оно будет происходить? — спросила Анна, и в ее глазах я заметил любопытство.
Я протянул ей руку и сказал:
— Я провожу вас.
Мы вышли в кают-компанию. Свет в ней был выключен (об этом я попросил капитана), и лишь голубоватое свечение Ариадны наполняло ее. На столе стояли два стакана (ничего более изящного я найти не сумел), бутылка лимонада и коробка с конфетами.
Анна рассмеялась:
— Откуда все это, Виктор?
Я скромно пояснил:
— На кухне, как выяснилось, есть не только нелепые тюбики. Однако вместо шампанского придется довольствоваться лимонадом.
— Вы расстарались на славу! Еще никогда у меня не было такого свидания.
Я подвел Анну к столу и отодвинул стул, предлагая сесть. Она повиновалась, и я уселся рядом.
— Сначала я хотел рассадить нас по разным концам стола, — сказал я, — чтобы было еще более торжественно. Так, насколько мне известно, обедала королевская чета, но поскольку из-за размеров стола нам бы пришлось общаться через вестового, я отказался от этой затеи.
— Вы всё чудесно придумали, — согласилась. Анна. — Правда, мы пока не королевская чета.
Я несколько раз хлопнул в ладоши и позвал:
— Айрон! Открывалку для бутылок!
Честно говоря, я не был уверен, что Железный человек меня услышит, а репетировать у меня не было времени, да и слышно это стало бы всем, включая Анну. Однако через несколько секунд Айрон появился-таки, и в его руках я заметил штопор, консервный нож и то, что мне и требовалось, — открывалку. Я вскрыл бутылку и вернул Айрону его орудие.
— Спасибо, Айрон. Вы очень любезны.
Он тут же ушел. Я разлил по стаканам лимонад и взял свой. Анна тоже подняла стакан.
— За что будем пить?
Я задумался. Так далеко в своих мечтах я не заходил. Мы же на пороховой бочке, и все может начаться в любой момент. Мне даже стало жарко.
— За память. За то, что нам дорого, и зато, чтобы мы никогда этого не забывали, — произнес я самым обычным тоном, и мы сделали по глотку.
