— Вы регулярно будете платить арендную плату. С тобой, Гар, заключат контракт на бумаге, чтобы ты, как представитель племени, следил за сбором налогов каждый сезон. Кроме того, вы должны будете вести мирную жизнь на территории Артёма: никакого воровства, набегов, порабощения или беспорядков. В противном случае вас ждёт изгнание, или, если провинность серьёзная, наказание.
Зара подмигнула мне и, наклонив меня, шепнула на ухо:
— Извини, что вмешалась, просто решила подтолкнуть их к правильному решению. Я немного сымпровизировала, но ведь всё по делу сказала? — спросила моя красавица.
Я одобрительно кивнул, и девушка облегчённо выдохнула, а потом улыбнулась.
К моему удивлению, Гар явно испытал облегчение от этих условий. Видимо, понял, что именно от него хотят.
— Это очень серьёзный шаг, мне нужно обсудить твоё щедрое предложение с племенем, — ответил он. — Ты ведь куда-то направлялся, пока не решил помочь нам с работорговцами?
Я кивнул, и кое-что уточнил:
— Верно. Мы вернёмся примерно через неделю. У нас есть дела по ту сторону гор, в Кобране.
Гар улыбнулся.
— Тогда возвращайся, к тому времени у нас будет для тебя ответ, — сказал вождь и похлопал по груди сжатым кулаком.
Перед глазами появилось системное сообщение:
Внимание! Задание «Жестокость работорговцев» успешно завершено. Вы совершили великое деяние для племени Мстительных Волков и спасли пленников. Угроза для гоблинов миновала. Ваша репутация у фракции достигла максимума. Награда: 10 000 опыта.
Внимание! Получен титул: Герой племени.
Прежде чем уехать, мы с гоблинами-рабочими разгрузили вьючных лошадей. Этот жест доброй воли вызвал большую радость среди членов племени. Ещё больше радости принесло наше разрешение оставить вещи работорговцев себе как компенсацию за разорённую деревню.
Разумеется, я сделал это не просто из жалости к гоблинам. Я хоть и спас их, но и сам готов драться за каждый медяк. Но в случае с вещами головорезов таскать их на себе через Кобран или пытаться продать в городе может быть просто опасно.
Что, если торговцы позовут стражу? Недавно пропала группа работорговцев, а тут появляюсь я с кучей снаряжения неизвестного происхождения. Это обязательно вызовет подозрения. Лишнее внимание нам точно ни к чему, а племени всё пригодится. Но я всё равно их предупредил, что, если они будут общаться с другими людьми, пусть полученными трофеями перед ними не хвастаются. Хотя вряд ли с ними кто-то будет контактировать. Скорее всего племя просто захотят вырезать или поработить.
Вот и ещё одна причина жить на моей земле: там их никто не тронет. Даже если их будут воспринимать как моих рабов, наносить им какой-либо вред запрещено законом, ведь они чужая собственность. А это уже потянет за собой штрафы, суды, извинения и прочие неприятные последствия.
Попрощавшись с Гаром, мы со спокойной душой и удовлетворённым чувством справедливости отправились на юг. На всякий случай я решил сделать крюк через Юрин, прежде чем направиться в Галиас, а затем в лес, где находилось хранилище Беллы.
— А зачем мы едем в Юрин? — спросила звероморф с лёгким беспокойством.
Я мягко улыбнулся, стараясь успокоить девушку:
— Не волнуйся. Мы просто проверим доски объявлений в гарнизоне и гильдии искателей, чтобы убедиться, что Брейли сдержал своё слово и не объявил нас в розыск. Возможно, я нанесу ему визит, чтобы это подтвердить.
Белла ненадолго задумалась, а потом улыбнулась и покачала головой:
— Позволь мне заняться этим. Всё равно хочу навестить Аму. Я ей столько новостей расскажу!
Немного поколебался, но все же решил ей довериться.
— Хорошо, — согласился я. — Но будь осторожна и не лезь на рожон, даже если тот мелкий засранец что-то выкинет, ладно?
— Конечно, — энергично ответила Белла. — Но я не думаю, что он станет меня обижать после того, что ты там устроил в прошлый раз.
В Юрине я оставил Беллу и Зару в лесополосе у города, чтобы не привлекать излишнего внимания. Гоблиншу и кошкодевушку легко опознать, а вот человека и эльфа нет.
Стражники у ворот не обратили на меня внимания, но один из них предостерёг Лейланну, чтобы она ничего не крала. Лицо эльфийки помрачнело, но она удержалась от резкого ответа.
— У сумеречных эльфов действительно такая плохая репутация, что стражники готовы обвинять искателя двадцатого уровня? Я ожидал, что люди будут больше вам доверять.
Лейланна усмехнулась, её голос звучал с горькой иронией:
— Люди судят не по делам, а по тому, что хотят видеть.
К моему удивлению, эльфийка не устроила сцену в ответ на неприятное указание, хотя бросила на меня недовольный взгляд.
