— На самом деле, — сказал Суфи, — он окружен восторженными идиотами из-за того, что такие как ты остерегаются его. Правильным было бы выяснить, действительно ли он наслаждается их поклонением, и если нет, помочь ему, показав его поклонникам, что они ведут себя неверно.
Они пошли дальше, и вскоре встретили человека, который говорил с толпой, и толпа внимательно внимала ему. — Какие дисциплинированные и вежливые люди сказал обычный человек — нам стоить познакомиться с ними поближе.
— На самом деле, — сказал Суфи, — эти люди слушают так внимательно потому, что они не способны мыслить и действовать самостоятельно. Правильным было бы расшевелить их и заставить мыслить и действовать, а не превращаться самим в слушателей.
Обычный человек сказал:
— Послушай, если я не могу судить по наружности и если я не могу судить по своему внутреннему ощущению, что мне делать, когда рядом со мной нет понимающего человека, такого как ты?
— Не то чтобы совсем нельзя, — отвечал Суфи, — я говорил лишь, что думать что то, что выглядит одинаковым и есть одинаково — это не основа для обучения. Внешность может быть обманчива, а может быть и нет. Учитель поможет тебе воспитать понимание, которое как толкует поверхностное, так и воспринимает внутреннее. Если ты ищешь знаний через внешние формы, ты не ищешь понимания. Если ты хочешь вишен, зачем ты ищешь алмазы?
Ученик одного учителя приехал в далекую страну, и был приглашен там в дом одного богатого человека. Какого же было его удивление, когда он увидел среди почетных гостей своего учителя, наряженного как лидер какого-то культа. Как только им удалось остаться наедине, ученик спросил:
— Господин мой, что случилось с тобой? Спутанные волосы, колокольчики… декламации классиков. Ты ли это, кто учил нас бежать от таких вещей как от огня?
— Тсс! Не «что случилось с тобой», а «что случилось с этими людьми, с которыми я работаю»? Неужели ты не видишь, что если они не будут считать меня мошенником, мне ни за что не попасть в их круг? Я понял, что они позволят мне прийти сюда, если я дам им возможность посмеяться над собой. Теперь дело за мной, у меня есть шанс помочь им понять некоторые вещи.
Некто пришел к Суфи и сказал:
— Я хочу стать твоим последователем.
Суфи спросил:
— Скажи, стал бы ты последователем собаки?
— Нет.
— Тогда ты не можешь следовать нашим путем, так я — последователь собаки, и ты должен понимать, что мой учитель выше меня.
— Как же так случилось, что ты стал последователем собаки?
— Однажды я увидел, как собака проявила милосердие к другой собаке, которая сдалась ей в поединке.
Пришедший сказал:
— Но у тебя так много учеников, у тебя учебный центр, и люди приходят, и приходят снова, и ты уважаем всеми — и всего этого ты достиг, глядя на собак?
— Ты описываешь то, к чему стремишься. Тебе нужно учение с постоянными ритуалами, последователями, учебными центрами. Ты не хочешь быть Суфи, ты хочешь принадлежать некоей системе. А это разные вещи.
— Но если так получилось, что меня привлекла к тебе твоя форма, твой имидж, кого винить в этом, если не тебя создавшего о себе такое мнение?
— То, что я создаю, это одно; то, что видишь ты — это другое. Если ты ищешь ритуалов, сообществ, музыки, служения в том виде, в котором ты понимаешь эти вещи, тебе следует поискать себе других учителей. Удовлетворение твоих внешних потребностей, — это не Суфизм, пусть хоть целый мир считает, что это так.
Суфи спросили:
— Почему вы терпите дурацкие вопросы?
Он улыбнулся и сказал:
— Для того, чтобы все мы получили пользу, наблюдая за вопросами типа этого.
Другой Суфи, сидевший рядом, процитировал:
— Кто знал бы день без ночи? Горькие персики отбрасывают прочь, но именно они помогают найти сладкие.
— Ребенок дорог нам своими ошибками — ими он дает нам ключ к пониманию того, что мы должны делать, это так же изумительно как чудо.
Некто собирался в ученики к Суфи, и его предупредили:
— Ты должен будешь ответить на вопрос. Если ты дашь правильный ответ, он возьмет тебя в обучение на три года.
Вопрос был задан и ученик, поломав голову, выдал ответ. Представитель учителя удалился, и через несколько минут, объявил, что ответ верен.
— Теперь ты должен удалиться и ждать 1001 день. После этого ты можешь явиться и получить Учение.
Соискатель был польщен. Он поблагодарил представителя и спросил:
— А что было бы, если бы я не ответил?
— О, в этом случае — вы были бы приняты немедленно!
Те столкновения идей, которые описаны в классической Суфийской литературе, продолжают иметь место и в наши дни. Они полезны как их участникам, так и тем, кто за ними наблюдает так и тем, кто читает о них.
