— А вот этого я вам не скажу. Я и так им обязан больше, чем жизнью, и расплачиваться тем, что втяну их в полицейское расследование, не собираюсь.
— Это было на Александрии? — подала голос Лед.
— Нет, девочка, на Фрегате. Александрия, к сожалению, была не единственной их базой, — он грустно улыбнулся. — И до того, что случилось у вас, тем, кто такие Искатели, мало кто интересовался. Да и после я бы не сказал, что их сильно прижали. Объявили произошедшее выходкой сумасшедших и наркоманов, осудили, покаялись, немного поменяли символику и название, и продолжили вербовку и обработку новобранцев.
— Но вы не забыли, — Ян не спрашивал, а утверждал.
— Да. Я продолжал следить за ними и собирать досье. Но больше практических действий я не проводил.
— Вы поделитесь с нами своим досье?
— А вы уверены, что сможете пустить его в ход?
— Не уверен. Но вреда для вас и вашего дела в том, что я получу копию, не будет.
— Не будет. Мигель, скопируй, пожалуйста, господину полицейскому наше полное досье на Искателей.
— Хорошо, — Мигель коснулся коммуникатора, дождался ответного кивка Яна и, поднявшись, спросил, — у вас ещё будут ко мне вопросы?
Ян покачал головой. Верить или нет истории, рассказанной обоими Мозели, он решит чуть позже.
Гектор Мозели тоже поднялся и, словно прочитав мысли полицейского, сказал:
— Доказательств тому, что было сказано, я не предоставлю. Свидетельства связи Мигеля с Искателями, до каких смог добраться, я уничтожил своими руками. Если раздобудете ордер на арест, я буду в своём офисе.
Он встал, кивком попрощался с собеседниками и вышел.
— Вот это человек, — сказал Ян с нескрываемым восхищением. — Будет жаль, если всё-таки придётся идти к нему с ордером.
— Ага, — грустно кивнула Лед.
— Да не расстраивайтесь вы раньше времени, может, он и правда тут не при чём. Давайте лучше допьём, устроимся где-нибудь в укромном уголке и почитаем досье, вы с конца, а я с начала.
— Если это и правда досье, а не замаскированный под него вирус, — ещё грустнее сказала девушка.
— А они могут?.. — притворно ужаснулся Ян.
— Они — могут, — твёрдо ответила девушка. — Пошли?
День для разнообразия выдался солнечным и не по сезону тёплым, и они устроились в маленьком парке на берегу реки. Искать гостиницу не хотелось, настроение у обоих идеально соответствовало традиционному для конца отпуска: хотелось то ли обмениваться контактами и обещаниями писать, то ли скупать килограммами сувениры. Над головами тихо качались ветви хвойных деревьев, по реке изредка проносились катра, ещё реже мимо пробегали стайки детей, выпасаемые солидными воспитательницами: похоже, где-то поблизости находилось учреждение, дающее родителям иллюзию гармоничного развития их чад.
— А вы знаете, что жена ныне фармацевтического магната Лавари Тима стояла у истоков Искателей? — спросил Ян минут сорок спустя.
— Серьёзно? — Лед оторвалась от своей копии.
— Абсолютно. Именно она разрабатывала философскую основу секты.
— А там есть философская основа? Кроме «убивай всех», конечно?
— Вы пристрастны.
— Не спорю.
— Но философия у них есть, и она вполне безобидная и даже красивая. Про искру Вселенского разума, горящую в каждом из нас, про то, что её надо поддерживать саморазвитием и самосовершенствованием.
— У Александрии я никакого совершенства не разглядела. Далеко стояла, наверное.
— От Шарлотты Тим до Александрии у Искателей был длинный путь.
— Тогда давайте вернёмся к Шарлотте и её философии.
— Давайте. Здесь написано, что первые собрания Искателей были замечены на планете Гранта в 2221 году. Может, что-то было и раньше, но агенты Мозели информации об этом не нашли. И проводила их именно Шарлотта Тим. Просто мирные собрания с разговорами о душе и космосе, гармонии и самопознании, таких, на самом деле, много. Но Шарлотта умела и говорить, и убеждать, так что её встречи становились всё более и более многолюдными.
— Муж её в этом поддерживал?
— Про его участие ничего не известно. Он, насколько понимаю, много времени посвящал своим исследованиям, а потом и вовсе основал собственную компанию по производству медикаментов.
— А начальный капитал?
— Думаете, пожертвования насобирала Шарлотта? Может, и так, но вряд ли её вклад был значительным, про массовые поборы у адептов в то время Мозели сведений не нашёл.
— И что было дальше?
— Спустя три года Шарлотта погибает. Подхватившие бразды правления лидеры меняются как перчатки, потом и вовсе провозглашают мысль о бренности человеческого лидерства, и начинают искать знаки внутри себя. Под чутким руководством уже безымянных пастырей, конечно. Вот здесь и начинаются массовые добровольные пожертвования, новые группировки Искателей растут как грибы, зарождаются общины, ну а дальше вы знаете.
— А как бизнес безутешного вдовца?
— Вам график капитализации? Пожалуйста, — Ян развернул картинку из сохранившегося у него досье. — Не грибы, конечно, но коммерческой жилки у нашего учёного не отнять. Он хорошо чувствует рынок, умеет вылавливать денежные контракты и честно их выполняет.
— Давайте вернёмся к Шарлотте. Как она погибла?
