– Гарри, за нами крадется какой-то зверь!
– Почему ты так думаешь?
– Я слышу, как шуршат листья под его ногами. Прислушайся-ка!
Двоюродные братья остановились и притихли на минуту, прислушиваясь к доносившимся звукам. Но кругом было тихо, как в могиле, и эту мертвую тишину нарушало только жалобное завывание осеннего ветра в листве деревьев.
– Тебе почудилось, должно быть! – тихо сказал Гарри, снова пускаясь в путь. – Но все же надо держать ухо востро!
Мальчики пробирались через самую пустынную местность Пенсильвании, и в дороге их застала ночь. Они возвращались с охоты, на которую отправились рано утром в тот день, и шли к домику «тетушки Мегги». Неду Ливингстону – кроткому, серьезному мальчику – было пятнадцать лет, а двоюродному брату его, Гарри Норвуду – шестнадцать. Жили они в Филадельфии, где отцы их были компаньонами одного торгового дома. Вместе с мальчиками отправился из города и Джек Блокли, бородатый и закаленный матрос, который провел на море двадцать с половиною лет. Не следует, впрочем, думать, чтобы он отправился в западную Пенсильванию с теми же намерениями, как и мальчики, особенно Гарри, который был страстным любителем всяких экскурсий. Нет, такого рода спорт был далеко не во вкусе Джека. Но тетушка Мегги, о которой упоминалось выше, приходилась ему матерью, и он питал к ней самые нежные чувства. Редко удавалось ему ее навещать, но зато он никогда не упускал случая провести у нее несколько деньков. Недавно он вернулся из путешествия в Китай и при первой же возможности отправился к своей матери. И он так убедительно просил Гарри и Неда, которых знал с детства, составить ему компанию, что те согласились. Мальчики уже не в первый раз предпринимали такую прогулку в обществе Джека, но, как уже было сказано, он предпочитал спорту беседы с матерью, которой рассказывал о своих многочисленных приключениях со времени последнего их свидания.
В то утро, о котором идет речь, мальчики решили пробраться дальше обыкновенного, а на следующий день вместе с Джеком пуститься в обратный путь.
Они захватили с собой основательный завтрак, что было вполне благоразумно, хотя, быть может, и не особенно приятно для самолюбия истинных охотников. Последние припасы съедены были еще задолго до заката солнца. Затем они попробовали выстрелить в оленя, но тот был так далек от них, что вряд ли получил и царапину. Во всяком случае, они не видели его больше.
Спустя немного времени, когда мальчик были на расстоянии ста шагов друг от друга, Нед мельком увидел медведя, который медленно тащился позади кустарника. Но так как тот не тронул его, то и Нед проявил по отношению к нему столько же рыцарства, оставив его в покое. Своему кузену он нашел лучшим вовсе не говорить о своем поведении.
Идти на свежем, бодрящем воздухе было так легко, что мальчики совершенно не заметили, как солнце скрылось за горизонт. И только когда стало уже темнеть, они ускорили шаг, боясь не поспеть до ночи домой. Перспектива провести ночь вдали от жилья была далеко не заманчива: свежий воздух обещал сделаться еще холоднее, а две или три упавших снежинки говорили о том, что им угрожает опасность, перед которой пасовало немало выносливых людей. Вот почему наши путешественники свернули лесом по тому направлению, которое, как они думали, скорее выведет их к дому Джека.
В это время Нед Ливингстон, немного отставший от брата, произнес те слова, которыми начинается эта повесть.
Откровенно сознаюсь, что не могу представить себе более неприятной вещи на свете, чем уверенность в том, что за вами, шаг за шагом, крадется в темноте какое-то опасное животное, которое каждую секунду может броситься на вас сзади. Нед был далек от всякого подозрения, когда до слуха его долетел легкий звук шагов, заставивший его моментально повернуться назад. Но ничего не было видно, и Нед скрыл свои опасения от Гарри, который весь отдался отыскиванию верной дороги к дому Джека. Зато Нед, как и можно себе представить, был теперь настороже и внимательно прислушивался ко всем звукам позади них: он знал, что Гарри не нуждается в его помощи, а между тем дикий зверь мог броситься на них раньше, чем они успеют принять какие-нибудь меры.
Когда Нед вторично услышал подозрительный шорох, он не мог уже удержаться от восклицания, и оба мальчика остановились и стали прислушиваться.
– Может быть, это человек! – сказал Гарри, после того, как они прошли вперед несколько шагов.
Ау, сюда! – крикнул он, оборачиваясь и вглядываясь в темноту.
Ответа не было, и из этого мальчики заключили, что существо, которое шло за ними, не принадлежало к человеческому роду.
– Тебе придется одному следить за тем, что делается позади нас, – продолжал Гарри, – с меня довольно и дороги. По правде сказать, я боюсь, как бы нам не пришлось ночевать в лесу и…
Конец его фразы был заглушен выстрелом Неда: тот разглядел какое-то темное животное, которое ползком следовало за ними, и, быстро вскинув на плечо свое ружье, спустил курок.
