Музыка давно закончилась, другие пары ушли с танцплощадки, а мы с партнёршей по танцу всё стояли и вели эту странную беседу. Наконец, меня отвлёк подошедший Иван Лозовский, указал на два отодвинутых в угол зала кресла и маленький столик, бутылку коньяка, нарезанный лимон и две рюмки, и предложил присоединиться к нему, так как «нужно обсудить важные темы».
Прежде всего, едва мы уселись, я поинтересовался у разливающего коньяк дипломата странным сроком в шесть дней, о котором все только и говорят. Иван Лозовский сразу же посерьёзнел, перестал улыбаться и ответил предельно откровенно:
— Через шесть дней заканчивается срок перемирия с «Тёмной Фракцией». Нарушить договорённости и атаковать нас раньше времени враги не могут — сюзерены гэкхо выcтупили гарантами соблюдения перемирия, так что «Тёмная Фракция» будет вынуждена ждать. Но наша разведка докладывает, что новое наступление противника неизбежно — круглосуточно идут интенсивные тренировки бойцов «Тёмной Фракции», личный состав «дрючат» на полигонах и стрельбищах, ускоренно прокачивая им навыки и уровни. В прошлый раз во время атаки «Тёмной Фракции» на «Восточное Болото» нам пришлось очень несладко. Мы выстояли, прежде всего, из-за стойкости и мастерства бойцов «Первого Легиона» — каждый наш ветеран стоил в бою минимум пятерых врагов. Именно нивелировать преимущество в «качестве» наших солдат враг сейчас и пытается за время перемирия, так как количеством они превосходят нас уже примерно втрое.
— Неужели всё так беспросветно? — по просьбе собеседника я поставил на стол пустую рюмку, и дипломат тут же снова наполнил её. — Наши то бойцы тоже наверняка не сидят без дела и ещё больше усиливаются. Да и на «Прометее», насколько слышал, круглосуточно идут работы, что-то новое мастерят. Какое-то «Изделие-371»…
Прежде чем ответить, Иван Лозовский достал из внутреннего кармана пиджака электронную записную книжку, открыл какой-то файл и прокрутил строки в большой таблице.
— Тааак… Триста семьдесят один. Значит, утечка произошла по вине Дениса Кармашева, инженера восьмой лаборатории… Новому заместителю руководителя Александру Антипову будет весьма интересно поговорить с этим болтливым инженером по поводу сохранения режима секретности на закрытом предприятии.
Иван Лозовский сделал пометку в таблице, убрал записную книжку и вернулся к теме нашей беседы:
— Конечно, мы готовимся к отражению атаки, все силы фракции сейчас брошены на укрепление нашей обороны в наиболее уязвимых местах. Скажу так — в штабе круглосуточно в режиме реального времени внимательно следят за ситуацией, в случае необходимости перекидывают людей и технику с одного участка работ на другие. Мы практически уверены, что к моменту окончания перемирия наша фракция будет способна отразить атаку. Но проблема заключается в том, что все эти приготовления «отжирают» слишком много ресурсов, и на развитие почти ничего не остаётся. Мы вынуждены отдавать на постройку ДОТов, убежищ, боеприпасов и минных полей те ценные материалы, которые пригодились бы в мирных отраслях или требуются для увеличения уровней наших нод. А между тем нельзя сидеть в глухой обороне, так войны не выигрываются!
Тут мой собеседник обвёл глазами зал, в котором загремела музыка и начались современные активные танцы, после чего понизил голос:
— Комар, тебе по статусу положено уже знать больше, чем рядовому игроку фракции. Да, на «Прометее» идут работы во многих направлениях, но прежде всего Радугин возлагает надежду на термобарические боеприпасы, первые испытания которых уже успешно прошли при уничтожении кровожадных тварей в сети пещер под Столичной нодой.
Да, про эти пещеры я слышал. Моего Комара, как Изыскателя, ещё планировали направить на их исследование, но потом планы руководства фракции изменились, и я вместе с конвоем уехал к космодрому гэкхо, после чего началась «звёздная эпопея» моего персонажа.
— В отдалённой перспективе у нас появятся и тяжёлые огнемётные системы вроде «Буратино» и «Солнцепёка», и бомбы объёмного взрыва, и ручные пехотные огнемёты, возможно даже термобарические мины крупного калибра. Сами боеприпасы наши техники уже способны изготавливать, пусть пока ещё неказисто выглядящие и излишне огромные, но свою работу по уничтожению живой силы противника они вполне способны выполнить. Проблема с доставкой — нет ни ракет, ни летательных аппаратов. Пока возможно применять новое оружие лишь в виде зарытых в землю фугасов, активирующихся по радиосигналу, распыляющих горючую смесь и уничтожающих всё живое в радиусе двухсот метров. Или… ты только не смейся, но у нас есть поставленная на шасси от «Пересвета» катапульта, способная забрасывать такой наполненный воспламеняющейся смесью баллон метров на шестьсот — шестьсот пятьдесят.
Смеяться я вовсе и не думал. Как бы экзотически ни выглядела конструкция, но шестьсот метров дистанции стрельбы всяко лучше, чем стационарные неспособные к перемещению фугасы. Меня смутило совсем другое:
