Я даю себе несколько минут на то, чтобы успокоиться. Не так много, чтобы я почувствовала необходимость пойти найти Хелену, чтобы она могла привести меня в чувства.
Поднявшись на ноги, я подпрыгиваю несколько раз, чтобы улучшить приток крови. Встряхнувшись, я пробуждаю свою внутреннюю танцовщицу.
– Вот так, давай выберем идеальный наряд, – говорю себе, вновь направляясь к гардеробу.
На днях попав в клуб, я заметила, что многие женщины предпочитают облачиться в узкую юбку-карандаш и короткий бандажный топ. Я редко останавливаю свой выбор на таком наряде – он ограничивает мои движения во время танца. Многие люди идут в клуб, чтобы найти партнёра на ночь, я же – чтобы танцевать.
– Ты, – пробормотала я, вытаскивая чёрный топик и леггинсы того же оттенка, но с серебряными пересекающимися полосками.
Натянув леггинсы и надев через голову топик, я дополняю свой образ чёрными сапогами на тонких высоких шпильках. Закончив с макияжем, я расчёсываю свои, уже длинные, платиновые волосы. Напоследок посмотрев на себя в зеркало, я дьявольски улыбаюсь своему отражению. Сегодняшней ночью я собираюсь зажечь на танцполе.
– Виски или вино этой ночью? – Спрашивает Тоби, когда мы входим в клуб.
Оглянувшись, я пытаюсь перекричать музыку:
– Если ты сегодня принесёшь мне вино – я заколю тебя своими каблуками.
– Понял, – с ухмылкой ответил мужчина, направившись к бару.
Несколькими часами позже, перебросившись парой слов с каждым за нашим столиком на балкончике с видом на танцпол, я вновь оставляю друзей и возвращаюсь в зал, оставаясь при этом в поле их зрения. Спустившись вниз, я встречаюсь взглядом с Джошем – парнем, с которым я танцевала всю ночь.
– Ты вернулась, – кричит он, присоединяясь ко мне в толпе потных тел.
– Ч-ш-ш, – отвечаю я ему, прижав палец к его губам.
Прикрыв глаза, я позволяю себе раствориться в ритме. Одна песня сменяет другую, вновь и вновь. В середине песни я кожей чувствую колючий взгляд, и, открыв глаза, осматриваю толпу. И я его вижу. Подняв голову, Айзек смотрит на меня, чуть опустив веки, цепко осматривая каждый дюйм моего тела. Мужчина следит за рукой Джоша на моём бедре, и даже через весь зал я могу видеть, как дёрнулся мускул на его щеке.
– Мне нужно выпить, – говорю я Джошу, чуть наклонившись к нему, тем самым сообщая, что покидаю танцпол.
– Останься, я принесу, – ответил мне мужчина, и я несколько секунд обдумываю его предложение, а после, киваю.
И пока Джош направляется к бару, я продолжаю танцевать. Айзек всё время смотрел на меня, отведя взгляд лишь тогда, когда мой партнёр прошёл мимо него. Развернувшись, Айзек следует в бар за Джошем. Понятия не имею, что кузен говорит ему, но от меня не скрылось, как в следующий момент мужчина побледнел, и, быстро оглянувшись на меня, с неприкрытым страхом бросился прочь сквозь толпу. Подальше от меня.
Чёртов Айзек.
Развернувшись, он наблюдает за тем, как сбегает Джош. И я не могу оторвать взгляд от его лица. В его глазах жестокость, которая целиком и полностью нацелена на человека, что танцевал со мной всю ночь. На секунду я забываю, как дышать, растерявшись, когда Айзек обращает свои глаза ко мне. И эмоции в них изменились – они полны тепла, признания и чего-то другого, животного.
Песня закачивается, сменившись на Beyonc'e «Crazy in Love» – но это медленный, сексуальный ремикс. Оказавшись рядом, Айзек без слов притягивает меня к себе. Соприкасаясь телами, я чувствую, как теряю контроль. Иногда я забываю о том, что он умеет танцевать. Тётя Софи хорошо обучила всех своих троих сыновей.
Мой любимый танцевальный стиль – чувственная Бачата[19]
И я танцевала его только с Айзеком.
Словно не было всего того времени, с тех пор как мы в последний раз стояли в паре, Айзек ведёт каждое моё движение, притягивая моё тело как можно ближе к своему. Его нога скользит между моими, а наши бёдра плотно прижаты друг к другу, плавно двигаясь из стороны в сторону. Мне едва удаётся сдержать стон. Хоть мы и полностью одеты, но я не могу назвать это никак иначе, чем «секс на танцполе». И каждую секунду, что смотрю на него – в глазах мужчины застыла первобытная потребность, и мужчина прячет её, чуть прикрыв веки.
Я хочу сорвать с нас одежду.
Айзек наклоняется ко мне, словно желает прикоснуться поцелуем к моим губам, но, чуть наклонившись в сторону, ловит мочку моего ушка зубами, едва ощутимо сжимая и оттягивая назад. Я тону в танце. Музыка наполняет моё тело, разум и душу. Из моей памяти стёрлось то, как приятно было с ним танцевать, и сейчас я растворяюсь в этих ощущениях.
Развернувшись, он ведёт меня в нашем чувственном танце, касаясь меня при каждой удобной возможности, даже когда этого и не требуется. Властно, горячо и чуть порочно. В этом весь Айзек.
