— И тебе привет, Хизуми–кун, — желчно позавидовал мне Змеетень, — исследования это хорошо. А что тебе нужно такое, — помахал он лапой, — нестандартное?
— Мне нужны женщины. — бодро, витая в расчетах–прикидках выдал я.
Орыч выпучил глаза, осмотрел меня, позагибал пальцы и осторожно спросил:
— Это… Хизуми–кун, не лезу в твою личную жизнь, но не прошло и недели, как ты привел в Конохагакуре восемь женщин. Я ничуть не сомневаюсь в твоих возможностях, однако, возможно, заказ через каге новых — некоторый перебор? — осторожно спросил недогадливый Орыч.
— Орочимару–кун, ты неправильно понял, мне нужны мертвые женщины, — попытался прояснить ситуацию я.
Змеетень голову склонил и стал смотреть на меня профессиональным взором. Наконец, вылезя мыслями из прикидок и расчетов, до меня дошло что слышит мой собеседник. Внутренне покикикивая принялся объяснять ситуацию:
— Я неправильно начал, Орочимару–кун. Мне нужны тела куноичи, не более получаса после смерти, желательно с минимумом повреждений, — полюбовался я диагнозом в Орочевских глазах. — Помнишь, ты показывал своё устройство для клонирования? — Орыч аккуратно кивнул. — Так вот, мне бы хотелось получить материал, с относительно целой нервной и чакросистемой. Не факт, что это критично, однако не хотелось бы рисковать, — Орыч несколько вышел из режима «постановка диагноза» и стал внимать. — Дело вроде не срочное, но достаточно интересное и перспективное. А шиноби АНБУ так или иначе сталкиваются, да и убивают вражеских куноичи. Вот я и хочу, если подвернется возможность, заполучить несколько комплектов органов, — разъяснил свою хотелку я.
— Хизуми–кун, ты как–нибудь сразу начинай «правильно», — ядовито отметил Орыч, — впрочем, идея любопытная и рациональная. Я, по тому же вопросу, ждал материал из отдела дознания, но твой вариант вполне осуществим, причем раньше и, возможно, не хуже. Вполне, кстати, можно было бы и вместе поработать.
— Ну, давай поработаем, я только «за», — поприветствовал я возможность скинуть часть работы на «кого–то». — Кстати, вот, — положил на стол стопку бумажек, — модифицированные свитки, для минимизации возможных повреждений кейракукей при запечатывании. Ну и по деньгам за заказ…
— Сочтемся, — махнул лапой Змеетень, небось навариться хочет, — как будет материал, так и позову. Еще есть ко мне что–то? — на что я помотал головой. — Ну тогда прощаюсь.
Раскланялся я с Огнетнем и направился мысли думать и планы планировать. Вообще, помимо столь завладевшей моим вниманием проблемы с «деструктивной» инь, имелась масса вопросов, требующих решения.
Например, ряд клановых спиногрызов вполне подходили по возрасту для поступления в Академию шиноби. В идеале, намылить их туда было не худшим вариантом, социализация, расширение программы, да и банально, опыт схваток с разноклановыми карапузами и наблюдение за их техниками. Однако, стоял вопрос отсутствия «гражданства» Конохи. Причем, по моим обязанностям, решение данного вопроса было в моих руках, что добавляло некоторую предвзятость к собственным решениям.
Впрочем, припомнив некоторые краем глаза виденные данные, направился я нести ужас и страдания в дирекцию подотчетного учреждения. Донеся и углубясь в документы, я подтвердил изначальные выводы: обучение в Академии условно–посторонних практиковалось, некоторые купеческие и даже аристократические спиногрызы, за плату, проходили обучение, правда, не давали присягу и не получали протектор.
Причем, нашлись забавные прецеденты: промытие школию мозгов идеологией, иной раз, давало закономерный эффект. То есть, какой–то аристократ Хи но Куни, средней паршивости, пристроил, за соответствующую плату, своего, оказавшегося чакропользователем, спиногрыза. Тот, внимал шесть лет «Воле Огня» и, супротив папашкиной воли, принес присягу и получил протектор. Следующие из–за этого переписки на тему «верните деньги и чадо взад» доставили мне несколько приятных минут.
А по сути, академить клановую мелочь было возможно, значит и нужно. Подумал я, да и решил, что кузенов своих, да и четверку по возрасту подходящую, пригоню на приемную комиссию в следующем году. О чем соответствующие пометки внес, директора (вообще надо было искать специально обученного зама, но я сатрап и мне было лень) в известность поставил. Даже первый год обучения оплатил, чем вызвал в собственных глазах прорастание крылов и нимба у своей, в общем–то чиновничьей, персоны.
Одарив непричастных и невиновных родичей школьной каторгой, позлорадствовал я, припоминая школомучения троекратные свои, поликовал злобненько и стал думать дальше.
В идеале, надо было бы смотаться в малые страны, поуламывать родичей присоединится к анклаву в Конохе. Однако, с учетом стоимости моего ума в книге Бинго, нафиг такие путешествия не сдались. Бессрочную миссию с раздачей писем счастья, содержавших «у нас хорошо и кормят, айда сюда» я организовал и даже платил за «доставку», проверяя доставщиков правдолюбом. А там, пусть сами решают, я им реально не доктор. Да и орда под моим началом даже в страшном сне не выглядела «вымирающим кланом».
