Множественный аналог символа «инь-ян» исчез, резко сжавшись в точку, и вместо него в воздухе возникло человеческое лицо, очень знакомое Алексу-ноль-шестьдесят-четыре. Усталые, когда-то яркие, но уже поблекшие голубые глаза, узкий нос. Подбородок скрывала короткая седая борода, но Шестьдесят-четвертый готов был поклясться собственной жизнью, что видит свое настоящее лицо. То, каким оно должно быть, судя по воспоминаниям.
— Если эту запись смотрят клоны, разбуженные лично мной, — начал усталым голосом свою речь человек на голозаписи, — значит, все попытки спасти Землю иными способами провалились, и остался только один путь, который корпоративное руководство вряд ли одобрит. Для них подобный исход неприемлем. Да и не только для них. Мало кто захочет отказаться от всей своей прежней жизни ради всеобщего спасения. Но иного выхода, похоже, не осталось. Если эту запись смотрят специально модифицированные для использования в ЦНК… в Центральном ноо-ретранслирующем комплексе, клоны поколения АЛЕКС, значит разбуженные мной ранее уже добрались до корпоративного руководства и смогли добыть у его представителей информацию о точном местоположении ЦНК, до которого мне самому уже не добраться. Также, это означает, что корпоративного руководства больше нет — все они мертвы. А одному из вас, Алексы, предстоит спасти нашу родную планету от разрушения. Но для того, чтобы это сделать, ему следует знать, что происходит и с чего все это началось. Кроме того, без просмотра этой записи, он не сможет вспомнить то, что вспомнить просто обязан. Иначе весь наш мир обречен. И не только наш.
3. Противостояние
Первичный Разрыв появился там, где его образование по причинам чьих-либо научных опытов и экспериментальных ошибок вряд ли было возможным. Посреди детского развлекательного парка в одном из небольших, до сих пор населенных городов-музеев, где правительство намеренно сохраняло архитектуру и коммуникации прежних культурно-технологических этапов развития человечества. И проявил себя в день, когда праздновалось тысячелетие со дня его основания. Когда его улицы и парки были заполнены толпами радостных людей. Разрыв реальности превратил их праздник в кошмар, оказавшийся лишь слабым предвестником того, с чем человечеству предстояло столкнуться в дальнейшем. Ранее он никак не обнаруживал себя, а тут окружающий ландшафт начал меняться прямо на глазах. Искажаться, — как позже было решено называть этот процесс трансформации материи и энергии.
Все вы видели, на что стал похож тот город. Виртуальная модель его наземной части для использования в ноо-ретранслирующих комплексах была детально воссоздана по голографическим снимкам и записям, сделанным в первые дни, пока на искажающейся территории еще могла бесперебойно работать электроника. А позже — по определенным причинам была дополнена некоторыми кардинальными правками, не имеющими ничего общего с реальностью. С тем, как он тогда выглядел, вас знакомили на виртуальных тренировках, прежде чем отправить на миссию с бомбой внутри псевдотела. Но в первые дни Око Разрыва было совсем маленьким и почти незаметным для невооруженного глаза, а щупальца искаженной земли только начинали к нему тянуться. И оказавшиеся под его взглядом живые существа искажались не так быстро и заметно, как это происходит сегодня.
Город по периметру оцепили военными заслонами и кордонами. Объявили его зоной карантина. Никого, кроме специальных научных групп и военных, на территорию города не впускали. И не выпускали обратно. Одновременно с этим начались тщательные проверки всех научных сообществ и корпораций, которые могли оказаться замешанными в происходящем. По всей планете. И сидевшие уже долгое время тихо самые крупные транснациональные корпорации воспользовались ситуацией для ответной дискредитации правительств сразу нескольких крупных государств.
