Помещения, когда-то служившие станцией метро, взгляд Ока Разрыва превратил в целый комплекс широких и узких извивающихся туннелей неправильной формы с темными оплавившимися стенками. Заученные Алексом старые карты подземных коммуникаций в нынешней ситуации оказывались практически бесполезны. Звуковые и температурные датчики в области Разрыва тоже мало чем могли помочь из-за постоянного изменения замеряемых величин без каких-либо привычных логичных предпосылок. Искаженные повсюду оставляли выделяемую их телами слизь. Поэтому единственное, на что приходилось полагаться, — это примитивные зрение и осязание. Но для первого из них периодически создавало проблемы спонтанное искажение луча фонарика. В нарушение привычных физических законов тот иногда начинал менять свою фокусировку, а создаваемый им, изначально узкий конус света — изгибаться, преломляться или закручиваться в спирали с переменным диаметром. В результате тени вокруг периодически начинали скакать, как бешеные, а Алексу приходилось следить за тем, чтобы среди них не оказался кто-нибудь из затаившихся в темноте искаженных. Оптические фильтры встроенного в шлем прибора ночного видения в условиях Разрыва Реальности также были полностью бесполезны. Поэтому и зрение в любой момент могло преподнести свои сюрпризы.
Осязание в новых условиях оказалось заметно надежнее зрения, хотя последнее и было необходимым дополнением для него. А все потому, что, чем ближе он к источнику, спровоцировавшему появление Разрыва, тем сильнее всепроникающий взгляд Ока будет влиять и на его псевдотело, изменять его, медленно превращая в искаженного. Главное — успеть уничтожить причину всей этой нарушающей привычные физические законы вакханалии, медленно пожирающей планету, до того момента, как превращение необратимо завершится и заденет не только его физическую оболочку, но и разум. Слишком многие добровольцы, посланные с тем же заданием, обращались в искаженных слишком рано, не успевая добраться до места прежде, чем их навсегда менял Разрыв. Псевдотело давало Алексу только одно важное преимущество перед ними: чуть больше времени до полного превращения.
Безуспешный поиск нужного направления, казалось, длился целую вечность, хотя встроенные в запястье левой руки электронные часы с маленьким, подсвечивающимся в темноте экраном показывали, что после спуска под землю прошло всего-то минут пятнадцать. Алекс, перемещаясь то в полный рост, то ползком, уже успел порядком измазаться в покрывающей стенки туннелей слизи искаженных, но на последних, вопреки своим ожиданиям, почему-то ни разу не натолкнулся. Осязание псевдотела, на которое он вначале полагался, тоже оказалось не таким уж и надежным. Несколько раз из глубин сети туннелей доносился странный шум, на который Алекс старался ориентироваться, надеясь, что тот не являлся всего лишь иллюзией, создаваемой Разрывом Реальности. А слой слизи на стенах ни увеличивался, ни уменьшался, из-за чего становилось невозможным определить: приближался ли он к источнику Разрыва или наоборот — удалялся.
Изменения, затронувшие форму шлема, Алекс заметил тогда, когда уже отчаялся найти нужный путь, посчитав, что заблудился и, возможно, провалил свою миссию. Коснувшийся было глубин искусственной нервной системы холодок страха вновь сменился надеждой. Похоже, нужное направление найдено. Теперь оставалось только продолжать двигаться, следя за происходящими с экипировкой и псевдотелом изменениями. И надеяться на то, что скрытый в глубине тела контейнер с веществом для формирования дезинтегрирующей бомбы не подвергнется искажающему воздействию до того момента, как будет достигнут эпицентр Разрыва, располагающийся под самым Оком. Из-за этого же контейнера следовало поспешить. В заранее назначенный момент на полигоне Базы СЗРР другой, схожий контейнер со связанным веществом подвергнут обработке, в результате которой в нем сформируется исходная бомба. А эффект связанности, когда-то называвшийся эффектом квантовой запутанности, но переименованный после более тщательного изучения, довершит работу, создав аналогичную бомбу в контейнере, переносимом Алексом. И если вещество на тот момент все еще будет находиться внутри него, то принудительные метаморфозы приведут к разрушению псевдотела. Отличная мотивация для солдата, который должен выполнить свою работу точно в срок и при этом выжить. И почему-то ассоциирующаяся у Алекса с принципами, по которым обычный человеческий желудок, вовремя не заполненный едой, становился бомбой замедленного действия для всего организма — начинал растворять избыточной кислотой, переваривать свои собственные стенки. Пока не получал достаточно новой пищи. Только в случае с контейнером, заполненным связанным веществом, второго шанса уже не будет. Сформировавшаяся дезинтегрирующая бомба не может быть возвращена в исходное состояние после разрушения его стенок.
