- Я не верю своим глазам! – с этими словами Ермаков показал группе экран компьютера, на котором красные точки устремились прочь от здания института, словно преследуя что-то.
- Неужели Дмитрий? – воскликнула Оксана.
- Да хоть долбанная ворона, но благослови ее Господь! – с этими словами Алексей посмотрел на Ингемара. – Убирай крышку и сматываемся отсюда. Чувствую, что сегодня наш ждет коктейльная вечеринка. Заставим Димку проставиться!
У них вновь появилась надежда. Быть может, смерть их товарищей оказалась не напрасной, и проклятый эпинефрин наконец будет доставлен до места назначения. Быть может, вся эта кровь хоть немного окупится, и люди смогут подняться на поверхность, начать восстанавливать свои дома, снова научатся жить, не вздрагивая. Если «Золотые» поймут, что Петербург способен выстоять, то переговоры могут возобновиться. Дмитрий сможет выторговать этому городу жизнь. У Стокгольма ведь получилось. Должно получиться и у Петербурга.
Ингемар осторожно отодвинул крышку люка и выбрался на поверхность. Первым делом ему бросилось в глаза расплавленное белое нечто, которое буквально растеклось по асфальту, смешиваясь с ним в гигантскую бесформенную массу. Рядом валялось еще одно белое существо с расплывшейся головой. Но еще больше Ларсена поразило обилие уничтоженных роботов. Здесь их насчитывалось более сорока. Все они были изувечены огромной температурой, отчего походили на уродливых металлических чудищ. Кое-где еще полыхало пламя, снег превратился в грязь, несколько деревьев были сожжены до основания. Далее Ингемар заметил несколько взорванных машин, и рядом с ними еще несколько белых тварей.
- Что за черт! – пробормотал он, но в тот же миг заметил вспыхнувшую в темноте красную лампочку. Прежде чем робот успел атаковать, телекинетик раздавил его, точно пивную банку.
- И думать забудь, жестянка, - сказал он и протянул руку, помогая выбраться Оксане. Во мраке вновь вспыхнули красные лампочки, и теперь Ингемар насчитал уже семь машин.
- Быстрее, надо уходить! – воскликнул капитан, уничтожая еще двух. Но затем роботы открыли огонь. Пламя вспыхнуло вокруг Ингемара и Оксаны так неожиданно, что девушка невольно прижалась к капитану.
- Тануэн, и ты с нами? – усмехнулся он, видя, как пули вокруг него исчезают, точно кусочки салфетки, брошенные в огонь.
- Как же я могла пропустить такое веселье! – насмешливо произнесла блондинка, выбираясь на поверхность. – Дай-ка я пообщаюсь с этими мальчиками. У меня к таким красавчикам свой подход!
- Как бы они не перегрелись после твоего разговора, - усмехнулся Ингемар. – Тут уже поработал кто-то из твоих родственников...
В тот же миг огненная волна превратила роботов в бесформенные металлические глыбы.
Группа бросилась в сторону входа в метро, старательно прячась за домами, но в тот же миг в темноте промелькнуло нечто белое. Потом еще одно, затем еще.
Почуяв свежую плоть, «Костяные» стали стремительно возвращаться. То, что отвлекло их вначале, перемещалось слишком высоко, отчего существам никак не удавалось добраться до него, даже находясь на крышах. Однако роботы все еще тратили боеприпасы, пытаясь уничтожить нарушителя. До Алексея и его группы непрерывно доносились выстрелы. То и дело в районе станции «Политехническая» небо озарялось огнем, отчего солдаты каждый раз вздрагивали.
Белая тварь появилась точно из неоткуда. Она спрыгнула прямо перед Алексеем и хищно оскалилась. Внешне это существо напоминало огромного ящера, однако двигалось оно так мягко и бесшумно, будто крупная кошка. Вместе с хвостом одна особь вырастала до пяти метров, однако при этом оставалась стремительной и подвижной. Тело твари было покрыто своеобразной костяной броней, отчего пули отскакивали от него, не причиняя вреда. Глаза были единственным уязвимым местом ящера, но попасть в них было практически невозможно.
- Твою мать! – вырвалось у Алексея, но, прежде чем существо успело атаковать, Ингемар отшвырнул его от командира. Тварь с грохотом ударилась о стену дома, и часть здания обрушилась на нее, погребая ящера под завалами.
- Круто! – Сергей даже присвистнул. Но его радость мигом испарилась, когда «костяной» пронзительно запищал. Существу никак не удавалось выбраться из-под тяжелых камней, и на этот омерзительный зов начали стекаться другие особи.
Одна за другой в темноте начали вспыхивать красные лампочки, и солдаты открыли огонь. Черный защитный купол, созданный Лилит, позволял русским стрелять сквозь него, однако роботы не могли пробить его с другой стороны. Ингемар раздавил еще несколько и вдруг почувствовал знакомую головную боль.
